Страшная весть пришла из дагестанского села Чиркей.

Смертницей был убит один из выдающихся  исламских деятелей современной России, шейх суфийского ордена шайзилийя Саид-афанди Чиркейский. У Саида-афанди были десятки (а кто-то говорит, что около двух сотен) тысяч мюридов (учеников) по всей стране и по всему миру…

Все они испытывают сегодня огромное горе, которое, зная любовь к шейху его учеников, буквально разрывает им сердца. Никакие слова соболезнования, которые хочется сказать всем им, не утолит их боли. Да упокоит Всевышний Саида-афанди в садах праведных!

Я знал Саида-афанди, бывал у него дома.  Как сейчас помню, легкую, словно летящую походку шейха, скользившего по устланному коврами полу в тончайших кожаных сапогах с мягкой подошвой.  Он, будучи немолодым человеком, двигался быстро и одновременно плавно, как юноша полный сил.

Видно было, что этот человек постоянно пребывает в молитвенном состоянии и выходит из него только для того, чтобы поговорить с пришедшими к нему людьми. Подойдет, взглянет в глаза (а взгляд у него был словно бы святящийся) и начинает разговор.

Вообще то, он не любил общаться с журналистами – должно быть, считал это суетным и напрасным делом.

А жаль – ведь сегодня нам уже непросто будет понять, что двигало этим человеком, сыгравшим огромную роль в восстановлении ислама в Дагестане, что формировало его симпатии и антипатии, почему одни стали ему близкими людьми, а другие – врагами.

Люди шли к нему за советом, за благословением, за поддержкой, за спором об истине – Саид-афанди был настоящим отцом для тысяч простых людей, живущих тяжелой жизнью современного жестокого Дагестана. И наставником для представителей власти – среди его мюридов – бизнесмены, политики, силовики…

Кому было выгодно его убийство?

Ответ лежит на поверхности – тем, кто хотел сорвать мирный процесс в Дагестане.

Ведь в мае этого года всем казалось, что война и ненависть между последователями «традиционного ислама» (читай суфиями нескольких орденов, самым большим, но не единственным из которых, был орден Саида-афанди) берущие начало  в 90-х могут прекратиться.

Духовное управление мусульман Дагестана (ученики и последователи Саида-афанди) и движение умеренных салафитов «Ахлю с-Сунна» (Люди сунны) подписали соглашение о взаимном уважении друг к другу, о прекращении оскорблений и гонений на мусульман, придерживающихся иных взглядов и, фактически, – о мирном гражданском процессе.

Это соглашение не могло быть ни написано, ни подписано без одобрения Саида-афанди.

И вот теперь он мертв, и в прессе начинается опять вой о «борьбе с ваххабизмом», призывы давить и уничтожать всех подряд.

Особенно кричат те, кто не знает ни Дагестана, ни Ислама, ни кто такие тарикатисты или салафиты, те, кто боится и Кавказа и мусульман, ненавидит их всех, к каким бы направлениям они ни принадлежали.

Тяжело писать – еще и полсуток не прошло с момента взрыва в доме шейха.

Кроме него погибли женщины, дети – пришедшие к нему за благословением паломники (да упокоит их Всевышний!).

Мне звонят из Махачкалы, рассказывают, что горе охватило республику – на улицах рыдают женщины, мужчины с искаженными лицами не находят слов. Хочется быть там, с друзьями и знакомыми, среди которых немало учеников шейха…

В этой ситуации российской власти крайне важно сохранять хладнокровие. Соглашение между разными фракциями мусульман, одним из инициаторов которого был Саид-афанди, готовилось мучительно долго – годами, через кровь, террористическое и номенклатурное сопротивление.

Ему препятствовали как на месте, как в «лесу», так и в Москве.

Приходилось беседовать с ответственными людьми, которые грозились не допустить примирения среди дагестанских мусульман. Шаблонный подход, согласно которому, лишь те мусульмане хорошие , которые утверждены властью и попытка упихнуть Дагестан в этот шаблон, господствовал и продолжает господствовать до сих пор.

Но Дагестан, с его относительно небольшим населением, более разнообразен – по языкам, по этносам, по расам, по религиозным толкам и направлениям – нежели самые пестрые фанатазии московских исламо и кавказофобских «экспертов».

С другой стороны, примирения между салафитами и суфиями не хотел «лес» – точнее та его часть, которая группируется вокруг совершенно утратившего человеческий облик Докку Умарова.

Отправление на смерть, на убийство – женщин, принесение в жертву мирных жителей – и все ради гипотетической высшей цели, а фактически ради устроения такого смертельного хаоса, в котором только и появляется смысл деятельности подобных «повстанцев».

Имарат Кавказ повторяет судьбу басков из ЕТА, ирландцев из ИРА, итальянцев из Красных бригад – начиная с высоких слов об освобождении и борьбе за идеалы, они кончали террором против всех и вся и откровенным бандитизмом.

Превращались в политические секты из нескольких человек, полагающих, что люди за границей их круга – никто и ничто, мусор, достойный уничтожения..

Ведь «все и вся» – всегда не устраивают террористов. Они хотят жить и развиваться, молиться и учиться, а не подчиняться «борцам за светлое будущее», тем более, посылающих на смерть женщин, почти детей (как Джанет Абдуллаева, взорвавшаяся в московском метро).

Сейчас умаровские бандиты сидят и ждут, когда силовики начнут повальные аресты «умеренных салафитов» (тех, кто не поддерживает террор, но не готов целовать руки власти и ее ставленникам в религиозных структурах), и ситуация вернется к 1998 году, когда «борьба с ваххабизмом» и создала устойчивые кадры для террористического подполья.

Многие из мусульман, жен которых унижали, бороды которых брили и которых били за «короткие штаны» – стали опорой подполью, видевшемуся альтернативой произволу властей. Сегодня произвол подполья превзошел, похоже, даже зверства силовиков. Над ними, хотя бы, прокуроры есть, начальники, страсбургский суд…

А на имаратовцев куда жаловаться – в Тора-Бора, что ли?

Сегодня важно, чтобы салафиты – те, кто пошел на трудные переговоры с учениками Саида-афанди, не отступили от мирного процесса становления исламской жизни в Дагестане.

Хочется верить (да я и знаю, что это так), что, в эти дни, они выражают соболезнования своим братьям по вере.

А мюридам Саида-афанди, после того, как они сегодня, когда читатели увидят этот текст, предадут земле тело любимого наставника и произнесут над его могилой слова молитвы, хочется пожелать терпения на том пути, который начал и по которому шел Саид-афанди и которому нет альтернативы – пути строительства мирного, единого Дагестана, свободного от террора и ненависти.