Блог «ФоРГО Ставрополь»
18 мая 380

Глава ФоРГО о "большой четверке" и "малых партиях"

Глава ФоРГО о

fund_stavropol ФоРГО СтавропольАвтор блога

На сегодняшний день в России зарегистрировано около 80 партий, среди них – множество фантомных, не ведущих никакой деятельности.

Чтобы оценить, много ли это или мало, Константин Костин провел небольшой экскурс в историю. Например, в США как минимум 5 крупных федеральных партий и около 50 малых, в том числе региональных. Так что Россия по соотношению количества партий населению выигрывает. Но это всего лишь количественный аспект.

Более важным аспектом являются основная партийная задача, заключающаяся в борьбе за власть, в получении как можно большего числа голосов и мандатов на выборах, и партийная миссия, в ряде западных стран закрепленная в конституции или в партийном законодательстве. Говоря словами Костина, «миссия партий — это народное представительство в органах власти. Обществу нужны только те партии, которые представляют интересы социальных групп. Нельзя искусственно сконструировать парламент «для красоты», чтобы там, как в учебнике, было немножко правых, немножко левых, и в середине — центристы».

Социологические исследования последних 10 лет позволяют выделить «большую четверку» российских партий в Госдуме, представляющих политические предпочтения более чем 80–85% граждан России. При этом все остальные партии делят между собой право представлять интересы 15–20% населения.

Говоря о миссии партии, политтехнолог делает важное замечание. Одни проигранные выборы еще не свидетельствуют о том, что партия не в состоянии осуществлять возложенную на нее общественную миссию. Он также говорит о тесной связи общественной миссии и практических интересов партии: «Если партия перестанет представлять интересы своей группы, за нее перестанут голосовать, и она потеряет голоса, мандаты, влияние и в конечном счете власть. Участие в выборах для партии обязательно».

Что же происходит в России? И на федеральных, и на муниципальных выборах только одна партия – «Единая Россия» – выдвигает 100% кандидатов на все имеющиеся вакансии. Этого не делает ни одна из парламентских партий, не говоря уже о «малых партиях», пребывающих в спящем состоянии.

При этом эти партии все же остаются потенциальными участниками выборов. Например, в 1995 году было 44 партии в бюллетене, но это происходило сразу после краха монопартийной системы. Если проанализировать результаты выборов 1995 года, мы увидим, что выше 1% набрали от силы 20 партий. Вывод напрашивается следующий: «Популярность и востребованность таких проектов в 1990-е — миф. Их пробовали, как любую экзотику, очень осторожно. А сейчас избиратель более зрелый, рассуждает рационально».

Костин занимает следующую позицию: необходимо ввести, говоря его словами, «дополнительную систему «мягкой квалификации» в отношении партий, которые в течение, например, трех избирательных циклов не участвуют в выборах». При этом ликвидировать партии не нужно — можно просто переводить их в разряд общественных объединений.

Глава ФоРГО успокаивает тех, кто боится, что это станет «консервацией нынешней политической системы». Отнюдь! «Ведущие игроки «большой четверки» из парламентской оппозиции — КПРФ, ЛДПР, СР — подошли вплотную к вопросу о смене руководства». Возникает вопрос: останутся ли после этого партии представителями интересов своего электората? Костин считает, что это зависит от работы в межвыборный период: «Контуры VIII Госдумы определяются уже сегодня. Если старые игроки перестанут представлять интересы россиян — эстафета перейдет к новым. Система не терпит пустоты».

0 Распечатать
Наверх