04 декабря
Блог «Блог Барсова»
07 марта 2014 3981 2

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ДОЛЖЕНСТВОВАНИЕ И ПРОБЛЕМА СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ СОЗНАНИЯ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ДОЛЖЕНСТВОВАНИЕ И ПРОБЛЕМА СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ СОЗНАНИЯ

b-barsov5 Магомед Султанов-БарсовАвтор блога

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ДОЛЖЕНСТВОВАНИЕ

И ПРОБЛЕМА СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ СОЗНАНИЯ

Всякое долженствование[1], как и его противоположность – существующее, – мы фиксируем, оцениваем и используем тогда и только тогда, когда качество сознания[2] позволяет это делать. Но делание чего-либо зависит не только от качества сознания, а еще от объективных обстоятельств, которые так часто оказываются сильнее любого качества сознания.

Задача, как видите, содержит в себе некоторую толику апории (неразрешимости). С одной стороны всякое долженствование зависит от качества сознания, с другой – от обстоятельств объективного мира. Здесь не мудрено и заблудиться в двух соснах, т. е. в том, что может возникать и развиваться, благодаря сознанию, с одной стороны, и в том, что существует вопреки и не зависимо от сознания, с другой стороны. Первое долженствующее – априори варьируется в абстракциях, идеях, гипотезах, и наконец, при удачном стечении, конкретизируется в навыках, т. е. переходит в разряд полноценных знаний (теория + практика). Второе существующее – апостериори открывается нам в материи, форме и во времени; сущая сущность классифицируется на элементы, благодаря коррелятам посредством естественных законов и закономерностей. Иными словами, «сосны» хоть и две, но функции этих «сосен» имеют свойство умножаться на каждом ключевом шагу познания до эффекта непроходимо-дремучего леса, т. е. до бесконечности. Сама же «бесконечность» как понятие ограниченно в любом сознании потенцией (возможностями) разума изнутри человека (См. имманентное) и неисчерпаемостью фактора действительности извне (См. трансцендентное и трансцендентальное).

Тут не лишне вспомнить основателя марксизма: «Не сознание людей определяет их бытие, а наоборот, их общественное бытие определяет их сознание»[3]. Но Маркс и его верный соратник Энгельс не позволили себе труда провести детальный анализ этому детерминизму, хорошо известному задолго до них в общих формах и мало изученному до сих пор в деталях. Они ограничились генерализацией материальной основы мира как Первопричины (материя для материализма Первопричины бытия) тогда, как само общественное бытие определяется (детерминируется) бытием онтологическим, космогоническим (досократики, Платон, Аристотель, схоласты и др.), словом тем, что называется Источником бытия. Это положение, в свою очередь, упирается в две радикально-глобальные психосоциокультурные позиции – религиозную и научную. Первая – исходит из веры в сотворенность мира и, соответственно, расписанность всей истории материального и духовного бытия от Дня сотворения до Дня воскресения и следующего за этим всеобщего распределения людей по отсекам и уровням рая и ада[4]... Это так, если опустить антропоцентрические и сугубо атеистические религии, в которых нет всего этого, но несмотря на это являющиеся религиями.

Вторая позиция – научная, она делиться на две основные направления – материализм и идеализм. Материализм рассматривает начальный фактор мира и его конечную судьбу посредством [чисто] эмпирических методов познания (Ф. Бэкон, Т. Гоббс, Дж. Локк и мн. др.) и рационалистических (Р. Декарт, Б. Спиноза, П. Гольбах и мн. др.). Тут мы можем столкнуться с тем, что так часто удивляет верующих мусульман и христиан – материалисты тоже делятся на радикальные течения... Давно замечено, что для теоцентрических ортодоксов все атеисты на одно лицо, они не чувствуют между материалистами разницы. Заметим попутно, что иудаисты (такие же монотеисты и теоцентристы, как мусульмане и христиане) практически ничему не удивляются и не стремятся расширять количество верующих иудеев за счет представителей иных религиозных культур.

Казалось бы, какое это имеет отношение к Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года (далее - Стратегия)?! Можно даже представить себе возмущение подавляющего большинства чиновников и общественников, которым прямо адресован этот государственный документ для реализации...

Отвечаю: для формалистов и разного рода мизософов – никакого, а для тех, кто действительно интенциирован (нацелен) на реализацию Стратегии наилучшим образом в максимально полном объеме – самое прямое. Ибо нельзя налаживать отношения между народами, этническими, социальными и религиозными сообществами, не зная особенности их менталитетов, в основе которых так или иначе лежат определенные убеждения и прежде всего религиозные.

Итак, история материализма делится на эмпириков и рационалистов, но далеко не всегда. К середине XIX в. впервые появился материализм рационально-эмпирического толка – марксизм, неомарксизм. Параллельно во все века, наряду с передовыми достижениями познания мира (Гераклит, Демокрит, Платон, Аристотель, аль-Фараби, Ибн Рушд, Абеляр, Оккама, и др.) существовали вульгарные формы материализма, как впрочем и идеализма, которые, кстати, и сегодня существуют в различных анархо-эпистеемических формах (П. Фейрабенд, Ж. Делёз и др.), а так же оккультно-магических практиках. Так же надо знать, что и философия идеализма делиться на множество направлений, совершенно не избавленных от элементов материализма, как и материалистические от элементов идеализма. Но «поскольку для термина «И.» характерны как многозначность, так и неясность и неточность, его употребление оправдано, как правило, лишь в тех случаях, когда уточняется конкретная форма И., напр., И. Платона, гегелевский И., объективный И., моральный И. и т.п.»[5].

Тем не менее, идеализм как совокупность всех мировоззренческих парадигм, предусматривающих первичность и доминанту идеи над материей, является инвариантной формой мировой философии и достиг своей вершины в наследии Гегеля (Мировой дух, принципы историзма, диалектика). А затем, благодаря всепоглощающим философским страстям Гегеля и Маркса к объективации мира всеми правдами и неправдами возникла великая инвариантная модель классификации продуктов мировоззрения. Но, не смотря на это, идеализм, как и материализм, может быть эмпирическим, рационалистическим, иррационалистическим, интуитивистским, панлогическим и даже деистическим и пантеическим. Самой характерной особенностью всякого идеализма является производство умозрительных картин мира от пантеизма до креационизма, от резкой критики религии и/или догматики до полного прислуживания им (Гегель, гегельянцы, младогегельянцы, славянофилы, Вл. Соловьев, И. Ильин, Н. Бердяев и мн. др.).

Парадигма основных направлений философской мысли не будет полной без учета, существующей де-факто еще одной объективной философской силы. Эта – антиномическая позиция (И. Кант, кантианцы, неокантианцы и нек. др.), но в виду неинституализированности (неузаконенности) результатов антиномических исследований, эта позиция не дала миру отдельного направления в философии. Значит, и мы не будем говорить о нем (о позиции) как о существующей де-юре философской системе (направлении). Тем не менее, в настоящих Комментариях мы исходим с позиции, согласно которой Третья философская сила[6] де-факто существует в мире объективно. В самом деле, на поле интеллектуализма весьма широко представлены отношения ученых и политиков к миру, продуцирующих свои воззрения между атеизмом и теизмом (материализмом и идеализмом), что уже является глобальным антиномическим фактором психосоцокультуры.

Удивительно, что в таком огромной философском профиците Европы, России и Америки не нашлось место антиномическому долженствованию в качестве самостоятельного философского направления тогда, как самостоятельное направление получили, куда менее значимые философские направления – философия анализа языка (неопозитивизм), персонализм, постструктурализм, постмодернизм и др. И хотя эти течения в философии имеют ряд ценных заслуг, в целом они дают деструктивные результаты и потому их правомочно называть симулякрами[7], то есть доктринами, не имеющими под собой реальных основ познания. И хотя с этим многие поспорят, пора поставить аналогию между средневековой схоластической философией, прислуживавшей религиям, и современными произвольно-нелинейными философскими направлениями, прислуживающими вырождающемуся либерализму. Здесь мы не можем обойти вниманием это политфилософское явление в социокультурной истории и заглянем в справочник:

«ЛИБЕРАЛИЗМ (лат. liberalis - свободный) - социально-политическое учение и общественное движение, основной идеей которого является самодостаточная ценность свободы индивида в экономической, политической и др. сферах жизни общества. Впервые либералами назвали группу людей, готовивших текст конституции в Испании (1812). В Европе понятие Л. связано с классическими теориями английских политэкономов, в которых развивалась мысль о невмешательстве государства в экономику. Л. выступал за развитие личной инициативы индивидов, свободу торговли, свободное ценообразование и оплату труда, которые образуются в процессе конкуренции между товаропроизводителями на рынке. Традиционно первые либеральные идеи относят к эпохе античности, в частности, к учению Сократа об истине и его взглядам на справедливое государство...»[8]

Отталкиваясь от выше сказанного нелишне снова поставить проверочный вопрос: обязаны чиновники, особенно среднего и руководящего звена, знать тонкости либерализма наряду с этническими, религиозными, маргинальными феноменами и др. феноменами? Мы убеждены, что – да, обязаны. Тогда чиновники и весь комплекс политически активного населения страны должны знать, что «Самодостаточная ценность свободы» есть ни что иное как полит-технический лозунг, дающий прогрессивные результаты только на стадии борьбы с тоталитаризмом. Абсолютная свобода, эксплуатируемая деструктивными оппозиционерами, есть симулякр, то есть иллюзия, ложное понятие, не имеющее под собой действительной основы. Если бы «классические теории английских политэкономов, в которых развивалась мысль о невмешательстве государства в экономику» были верны, то англичане, американцы и все др. развитые страны не узаконили бы профсоюзы. То же самое касается и вопросов полной свободы ценообразования, нигде в мире нет бесконтрольной торговли, ибо в этом случае к власти дорвутся торговцы, которым сам бог велел враждовать с философией, а значит и с обществом, понимаемом ими не иначе, как потенциальная клиентура.

Словом, для удивления в этом мире, особенно в аспекта госдолженствования и её основной задачи – преодоления проблемы совершенствования сознания, причин множество. Удивление в условиях креативной души может продуцировать интенции (намерения, желания), способные вести по наитию (внезапно пришедшим мыслям) из сумрака эйдетических редукций на ясные когнитивные просторы эвристики. А потому, заговорив в настоящих Комментариях о де-факто существующей в мире Третьей философской силе мы уже сделали шаг на пути формирования антиномической философии. Она актуализируется сегодня в свете все более ожесточенно нарастающих в мире деструктивных тенденций - клерикализма, либералистических экспансий, бюрократического конформизма и разнопланового маргинализма. Все они вместе и каждая по отдельности представляет собой прямую угрозу реализации Стратегии. В этом смысле, Россия имеет все возможности представить миру доктрину Третьей философской силы и сбалансировать геополитические страсти сверхдержав, параллельно выводя развивающиеся страны на путь прогрессивно-позитивной культуры, в условиях которой таким странам как Иран нет ни малейшей надобности обогащать уран в военных целях.

Но коль скоро мы критически коснулись выше Маркса и Энгельса – величайших революционных мыслителей человечества, – поставили на вид их несостоятельность в вопросах градации сознания, то и сами должны задаться рядом контрольно-проверочных вопросов. Это – рефлексия[9], важнейшее качество всякой познавательной деятельности и существенное условие для справедливой критики.

Итак, наш первый контрольно-проверочный (рефлексивный) вопрос:

имеет ли отношение парадигма детерминизма и вытекающий из него Основной вопрос философии о первичности бытия или сознания к структуралогизму[10] государственного долженствования?

Конечно, имеет, причем, весьма тесное. Хотя и не всегда это отношение прямое, ясное, но всегда оно опосредованно рядом ключевых пунктов познания вообще [и узкоспециальных знаний в частности]. Казалось бы вопросы, касающиеся познания вообще ясны, как божий день... В Коране даже есть парадоксальное восклицание: «Разве сравнятся знающий и незнающий?!» (39: 9). Парадокс в том, что исламский мир проснулся от исторической спячки лишь после Второй мировой войны, да и сейчас подавляющее большинство мусульман мира удовлетворяются средневековой славой научного развития, хотя наука в строгом смысле этого слова сформировалась лишь в позднем средневековье. Мусульмане больше всех говорят о науке и знаниях, но как показывает историческая практика, значительно отстают от Запада и Востока.

Следовательно, любая «ясность» в вопросах познания имплицитно (скрытно) и логически мы можем удовлетворятся ясностью вопросов познания тогда и только тогда, когда имплицитные связи вещей и явлений выведены на эксплицитные (открытые) просторы науки. А потому не будет прееувеличением, если сказать, что вопросы познания, как такового, и отдельных специализаций, в особенности, в сфере госгражданслужбы РФ оставляют желать много лучшего...

В условиях нашей, российской демократии, запрещающей какое-либо идеологическое [и религиозное] доминирование, отношение к Основному вопросу философии умалчивается. Практически уже много лет не пишутся на эту тему диссертации, монографии и др. фундаментально-академических работ. В результате мы получаем по целому ряду проблемных задач паллиативные решения. Например, в сообществах верующих мусульман генерируются фанатизм, клерикализм, экстремизм и терроризм. И хотя в сообществах российских христиан фактов терроризма диверсионной направленности против государства не видно, экстремизм и мракобесие зреют и развиваются в геометрической прогрессии. В маргинальных слоях общества центральных регионов нашей страны расширяются тенденции национализма, ксенофобии, фашизма, махровеет бюрократия во всех сферах власти, конформируются ученые, преподаватели, деятели искусства, руководители СМИ. Глядя на все эти безобразия ученые и политики не находят ничего лучшего, чем оправдательные восклицания, типа: «После крушения СССР, в стране не осталось идеологии!» Паллиативы в госнацполитике, сферах правопорядка и правоприменения буквально наслаиваются, усугубляя решение фундаментальных задач развития страны. Но вопрос не в том, что в настоящих Комментариях философия представляется панацеей от всех этих бед и напастей, но в том вопрос, что вне рамок институализированной философии решить эти задачи не возможно по определению.

Возражая откровенно пораженческим оправданиям ученых и чиновников, списывающих сложности правовых, национальных и экономических отношений к отсутствию доминирующей идеологии, следует сказать: а чем вам не не доминантная идеология обобщенный из действующей законодательной базы РФ Принцип государственного долженствования?! Ну и, соответственно, сказанному необходимо внедрить в практическую жизнь страны основы академической, частично институализированной, философии. Например, методом Включенного третьего[11].

Если теория марксизма-ленинизма была выстроена в форме максимальной персуазивности[12] и минимальной рефлексивности (запрета корректировать ошибки господствующей идеологии), то современный российский обобщенный Принцип госдолженствования в качестве общенациональной и надидеологической идеологии[13] имеет в своей основе суверенный демократизм[14] (подробнее об этом в главе «Федеральное сознание»). В условиях суверенного демократизма максимизируется форма рефлексивного мышления и законодательно дозволяется вносить коррективы в любые законодательные акты, политические курсы и идеологии.

Вопреки расхожему мнению об отсутствии в России идеологии (ее в нашей стране с избытком), необходимо подчеркнуть о дефиците таких когниций – как интерсубъективизм (понимание опыта сознания Другого), базовая обусловленность языка и знания и обыкновенной гражданской солидарности. А все те, часто обоснованные, претензии к демократии (практической форме власти) и демократизму (теоретической модели народовластия) по поводу обратных ожидаемым эффектов, то их следует удовлетворять методами соответствующих проблемам регулятивов - правовыми, моральными, интерсубъективными и др.

Например: зашкаливает миграция? – сокращайте въезд в страну маргинальной массы иностранцев; орудуют иностранные агенты? – разоблачайте их деяния; совершают люди преступления? – сажайте в тюрьму; мешают правосудию высокопоставленные лица во власти? – снимайте их с должностей и т. д.

Но нам могут возразить тем, что по отношению к «политической элите» и «денежным мешкам» из бизнеса уголовные законы РФ не работают вовсе или работают из рук вон плохо... И в этом есть большая доля истины. Тогда претензия к гражданскому обществу в лице истинных патриотов России, а не тех, что могут быть еще <...> зарегистрированы под таким названием. Интерсубъективируйтесь вокруг истинных философов и/или их прогрессивно-позитивных идей по критиериям соответствия инвариантным формам истины; окажите идейную поддержку хотя бы настоящим Концептуальным комментариям!!

Но, конечно, не все так просто в Доме российской политики (как тут не перефразировать Толстого!), в зависимости от которого работает любой из принятых Парламентом правовых актов. И это объективное обстоятельство. Нигде в мире и никогда в истории законы не работали в обход человеческому фактору[15]. Единственным средством механизировать человеческий фактор с тем, что бы минимизировать зависимость страны и ее граждан от индивидуальной воли правителя-автократа, чиновников-самодуров, оборотней в правоохранительных органах – является политико-правовая система. Но опять-таки, это возможно лишь при условии высокой степени совершенства этой системы, которая в свою очередь зависит от совершенства индивидуально-общественного сознания. В основе всякого совершенства политико-правовой системы и, соответственно, сознания лежит максимально редуцированный к «чистому элементу» человеческий фактор. Это похоже на «точку», приближенную к абсолютному нулю. Аналогия с теорией эволюционизма очень условная, ассоциативно-метафорическая, но существенная...

Говоря о совершенстве политико-правовой системы – как об основной задаче госдолженствования – мы сталкиваемся с двумя структуралогическими понятиями/задачами. Первое – «политическая природа» и второе – «правовая природа», которые остаются понятиями лишь до тех пор, пока между ними не начинаются процессы корреляции с последующей синтезации как средством завершающей работы. Отсюда фундаментальное правило:

процесс корреляции и синтезации между любыми из возможных понятий производит задачу, т.е. выявляет необходимость устанавливать истину. Следовательно, любой целесообразный поиск решения для определения истины является задачей.

Таким образом, надо знать, что всякая политико-правовая система сталкивается с задачей определения целесообразных рамок и степеней влияния политика, выполняющего в государстве роль Человеческого фактора. Это влияние прежде всего на следователя, прокурора, судьи, полицию, Армию. Если политик № 1 (Верховный главнокомандующий) согласно пресловутой западной идее «независимости» судов, прокуратур, следственных органов, СМИ и т.д. не имеет достаточно сильного влияния на лиц, осуществляющих право-применение, право-исполнение и право-оповещения (СМИ), то законы позитивного права начинают давать сбои. А если влияние политика слишком большое, то сбои дают политические законы, т. е. нарушаются положения Конституции и международных обязательств, принятых государством, а затем Уголовный кодекс и все прочие внутригосударственные законы. Это происходит потому, что политика и право не существуют и тем более не развиваются друг без друга. Они настолько имплицитны, насколько имплицитны форма и материя, язык и мышление, вдох и выдох всякого живого существа.

В этом смысле, заявление В.В. Путина как Главы государства и Верховного Главнокомандующего: «Судьба страны не должна зависеть от одного человека», сделанное им 25 октября 2006 года в прямом эфире телевидения в ходе общения со страной, а затем неоднократно подтвержденное в различных выступлениях, трудно переоценить. Оно имеет большое значение для реализации прогрессивно-позитивных философских дискурсов, которым во все времена и во всех странах остро не достает [интеллектуальной, силовой, мировоззренческой] поддержки в форме Принципа включенного третьего. Или, говоря еще проще, доброй политической воли.

В силу неисчислимой градированности инвариантного между природой, социумом и сознанием в истории цивилизации накапливаются и усложняются проблемные задачи, грозя человечеству неисчислимыми бедами и даже полной гибелью, омницидом[16]. И пусть никого не вводят в заблуждение американские реалии, позволившие американскому прокурору задавать под присягой вопросы президенту США Б. Клинтону, где тот откровенно соврал. В Америке законы нарушаются не меньше, чем в РФ.

Дело по Клинтону сначала рассматривалось в Палате представителей Конгресса США, где американские «народные избранники» проголосовали «за» импичмент. Но это было чистой формальностью или, иначе, игрой в демократию. Истинно лицо официального Вашингтона появилось в Сенате (высшей палате Конгресса), где и сыграл свою негативную роль [американский] человеческий фактор. Для импичмента, согласно Конституции США, необходимо более двух третей голосов сенаторов, т. е. 67 из 100. Но поскольку на тот момент в Сенате заседало всего 55 республиканцев и 45 демократов, Клинтон остался безнаказанным. В феврале 1999 года процедура импичмента и вовсе была прекращена[17]. Следовательно, Принцип включенного третьего сыграл на стороне сильных. Так же есть основания думать, что процедура импичмента изначально была не реализуемой, организованным в совершенно иных целях, в целях геополитического пиара в пользу американской демократии, скрытно проводящей политику отчуждения суверенитетов по всему миру. В США известны тысячи вопиюще-уголовных преступлений, за которые совершенно не сажали и не сажают виновных.

Тем не менее, надо знать, что не может государство в современном мире развиваться абстрагировано от других государств. Это особенно касается тех государств, которые занимают в мире существенные ключевые позиции, как например, Российская Федерация, Китай, Индия и нек. др. Геополитика не выдумка отдельно политиков, а психологизированная несовершенством политико-правовых систем действительность макроэкономики. А понять причины и особенности несовершенства политико-правовых систем мира можно, только раскрывая причины и особенности несовершенства общественной и индивидуальной форм сознания.

Отсюда перед РФ возникает объективная дилемма: ввести законодательно доминирующую в стране идеологию и тем самым сознательно подвергнуть Российскую нацию большим или меньшим репрессиям <...> или продолжать деидеологизированный путь развития, неся коррупционные, уголовно-преступные и экспансивные потери, имеющие место быть в стране в результате вмешательства в наши внутренние дела иностранных держав? А предложенный выше в качестве альтернативы государственной идеологии – [обобщенный] Принцип государственного долженствования – пока еще не функционирует надлежащим образом, в силу чего и возникает неприятная дилемма. Но с учетом угроз омницида, данная дилемма неимоверно актуализируется и обойти ее бездействием нет ни малейшей возможности. Вместе с тем, да будет известно потенциальным и актуальным оппонентам настоящих Комментарий, что величие подлинно академической философии заключается в том, что она способна решать сложнейшие психосоциокультурные дилеммы наилучшим образом. То есть из омницида можно и нужно исключить антропогенный фактор угрозы методом совершенствования гуманитарной формы сознания человечества. Философия как особая форма общественного сознания в условиях наличия политической воли, подкрепленной прогрессивно-позитивным фактором человека, подлинно радеющего за судьбу страны и ее демократический путь развития, структуралогически максимизирует (изучает, раскрывает) цели и задачи государственного долженствования. Отсюда перспектива решения проблем и в международных отношениях, что максимально минимизирует угрозы омницида, снимает добрую половину рисков, связанных с негативным человеческим фактором. И, соответственно, комментируемая в настоящей работе Стратегия есть структуралогическая максимизация этого самого государственного долженствования – как надидеологической идеологии. Дело лишь за «малым»: повысить качество форм индивидуального (квалификации специальностей) и общественного сознания (степени цивилизованности страны). И начинать этот процесс следует с чиновников, что автоматически повысит стимул широких слоев общества совершенствоваться интеллектуально.

В аспекте мало-совершенного сознания угроза гибели государства и даже человечества в целом куда реальнее, чем в условиях максимизированного совершенства. Марксу, Энгельсу и, естественно, Ленину, как величайшим революционерам истории, даже в кошмарном сне не могли присниться степени риска и масштабы угроз, связанные с техногенным фактором. А вот уже Сталину, непревзойденному прогрессивному диктатору, должно быть снились кошмары, связанные с потерей контроля над атомным оружием, ибо был прекрасно осведомлен с результатами двух американских «малюток» в Японии. Но преуспевший [заметим антиномически] в добре и зле вождь всех времен и народов совершенно не справился с человеческим фактором – не увидел в Хрущеве свою негативную эпитафию, не сумел подготовить приемника...

Угрозы ядерной катастрофы мира напрямую касается Принципа государственного долженствования. Например, если в США находятся «ядерные школяры» рассматривающие на полном серьезе «разоружающие ядерные удары по России и Китаю»[18], то значение реализации Стратегии, удесятеряющую силу и мощь нашей великой страны, становиться еще более долженствующей, т.е. обязательной для всех институтов власти и общества. Но проблемный вопрос госдолженствования в том, что большинству людей эта тема представляется удивительно легкой, что видно из того, как всякий эготик[19] во власти и гражданобществе рассуждает о государстве и его обязанностях, словно о правилах игры в зарницу. Истина же в том, что вопросы госдолженствования, как такового, неимоверно сложны, на что указывает неудовлетворительность работы многих правительств мира. Бесспорным фактом здесь является то, что проблемные задачи госдолженствования прямо касаются стандартов сознания чиновничества и косвенно – гражданского общества, тоталитарных и демократических методов правления, которые чаще, чем хотелось бы перетекают друг в друга парадоксальным образом. Для решения данной задачи нет другого способа, кроме принятия критерий «стандартов сознания» по примеру паспортов специальностей, утвержденных Высшей аттестационной комиссией Российской Академией Наук, для чиновничества и депутатского корпуса.

Чиновничество в любых ее формациях – монархической, демократической, теократической, тоталитарной, капиталистической и социалистической – имеет свою устойчивую тенденцию к профанации[20] государственного долженствования, хотя вне чиновничества немыслимо никакое государственное долженствование, как и само чиновничество невозможно вне гражданской (народонаселенной) массы. Здесь мы имеем дело с тройным структуралогизмом: <1> государственное долженствование есть априорно-синтетический феномен, образующийся в результате слияния <2> гражданского и <3> чиновничьего долженствований. Оба фактора – гражданство и чиновничество – являются основными атрибутами государства и равноправными субъектами интересов госдолженствования. Справедливость данного утверждения обеспечено в российском законодательстве тем, что любой из чиновников, начиная от Главы поселковой администрации и заканчивая Верховным Главнокомандующим, может быть снять с занимаемой должности в виду его неудовлетворяющей законным требованиям работы и заменен соответствующим гражданским лицом.

Однако, следует подчеркнуть: законодательная база государства не опытная лаборатория либерализма, чтобы ставить экономические эксперименты (шоковая терапия, ваучеризация, копирование западной модели демократии), и не игровое поле для оппозиции, чтобы играть в импичмент. Борьба за власть гражданских лиц, общественных организаций и движений, политических партий, депутатских фракций и действующих чиновничьих команд/группировок правомочно и морально тогда и только тогда, когда претенденты на власть интенциированы (мотивированы) не корыстью, а оперативными и долгосрочными интересами государства. Но как определить, кто из субъектов борьбы за власть мотивирован корыстью, а кто подлинными интересами государства?

Совершенно не случайно говорится в Конституции России, что единственным источником власти в РФ является ее многонациональный народ. Но многонациональный народ не обладает качеством принятия политико-правовых решений. Он есть субъект власти совокупный, полифурцирующий, обладающей реальной силой только посредством активной гражданской солидарности с какой-либо авангардной группой. То есть любые формы своей власти многонациональный народ вынужден делегировать политикам, чиновникам, депутатам, общественным деятелям, корпоративным и профсоюзным лидерам.

Следовательно, совершенство политико-правовой системы страны напрямую зависит от совершенства сознания максимально широких слоев российского народа [Нации].

Чтобы усвоить выше изложенное на уровне структуралогизма (детализованных знаний), необходимо обладать широкими базовыми знаниями, которые достигаются только в условиях развития философии науки[21]. Иначе госдолженствование и формы сознания будут оставаться на логически не удовлетворительном уровне, и Стратегия априори останется не реализованной к 2025 году.


[1] ДОЛЖЕНСТВОВА́НИЕ, долженствования, мн. нет, ср. (книжн.). Необходимость чего-нибудь, вытекающая из нравственного закона; то, что должно быть, в противоп. тому, что существует (филос.).

|| Необходимость того, что должно совершиться (научн.). В латинском языке есть формы причастий, выражающие долженствование.

Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935-1940.

[2] СОЗНАНИЕ, одно из основных понятий философии, социологии и психологии, обозначающее человеческую способность идеального воспроизведения действительности в мышлении. Сознание - высшая форма психического отражения, свойственная общественно развитому человеку и связанная с речью, идеальная сторона целеполагающей деятельности. Выступает в двух формах: индивидуальной (личной) и общественной.

Современная энциклопедия. 2000

[3] К. Маркс. К критике политической экономии. Предисловие 1859 г.

[4] Любопытно, что в религиозных картинах мира нет ясности относительно судьбы млекопитающих, пресмыкающихся, пернатых и насекомых. В исламе рая удостаиваются всего лишь несколько животных – два верблюда, одна лошадь, паук и собака, оказавшие Печати пророков Мухаммеду благородные услуги. Остального животного мира по мнению мусульманских толкователей Корана и хадисов ожидает материалистическая судьба… Они не будут воскрешены.

[5] Философский энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия. Гл. редакция: Л. Ф. Ильичёв, П. Н. Федосеев, С. М. Ковалёв, В. Г. Панов. 1983.

[6] Философская сила - совокупность объективно существующих в умах людей философем. Благодаря такой совокупности интеллектуальный мир условно разделен на материалистический и идеалистический. Одна из тайн мировой политики заключается в том, что сама природа обманывает людей, внушая им мнения о бесполезности философии тогда, как мир фактически разделен на три основные философские силы – идеализм, материализм и Золотую середину между двумя первыми. Автор называет то, что функционирует между идеализмом и материализмом в виде кантовских антиномий Третьей философской силой и, соответственно, Первой и Второй – идеализм и материализм.

[7] СИМУЛЯКР (от лат. Simulacrum, Idola, Phantasma) – понятие философского дискурса, введенное в античной мысли для характеристики наряду с образами-копиями вещей таких образов, которые далеки от подобия вещам и выражают душевное состояние, фантазмы, химеры, фантомы, призраки, галлюцинации, репрезентации снов, страхов, бреда.

Эл. источник: http://iph.ras.ru/elib/2722.html

Институт Философии Российской Академии Наук.

[8] Новейший философский словарь. — Минск: Книжный Дом. А. А. Грицанов. 1999.

[9] Обобщая существующие в истории науки представления и определения понятия «рефлексия», автор дает свое методологическое толкование. Рефлексия - это высшая форма мышления. Академический статус, характеризуемый в качестве «высшей формы мышления» рефлексия заслуживает тем, что именно эта форма мысли способна оборачиваться на самое себя, чем собственно и достигаются высшие степени научно-теоретического познания. Так же надо знать, что рефлексия лежит в основе всяких теоретических, практических и обыденных знаний, отличаясь в своих степенях совершенства градированностью мыслительных способностей человека.

Единственным путем реализации Р., в отличие от др. прямолинейных форм мышления (рассудочного, социально-потребительского, мистического, формального, персуазивного и т. д.) является интроспекция, а средством развития рефлексии интерсубъективизация передовых знаний.

[10] Авторский термин. В отличие от термина «структурализм», означающего «ряд направлений в гуманитарном познании 20 в.» (И.С. Автономова. Новая философская энциклопедия. Эл. источник: http://iph.ras.ru/elib/2858.html), термин «структуралогизм» вводиться для максимизации качества усвоения понятия и концепта понятия за счет фиксации дефинирующих внутри понятии коррелятов и коррелятора (закономерность структурного изменения понятия). Такого эффекта термин «структуралогизм» достигает, благодаря акцентации внимания на деталях дефиниций (коррелятах), составляющих собой понятие, явных и скрытых связей между дефинициями понятия и на том, что практически любая дефиниция, если тематическая актуализация того требует, сама способна выступать в качестве понятия.

Структуралогизм предусматривает в любом понятии (слове, термине, их сочетаниях) элемент генерации интенции, производя тем самым силлогическую потенцию. Например, понятие «деньги» генерирует определенные интенции, а понятие «книга» - иные интенции и т. д., что позволяет в большей или меньшей степени избегать в силлогистике ложные посылки. С каким бы понятием не сталкивался человек, форми

0 Распечатать
Tarlan 07 марта 2014, 11:38

Ыщё говорят, что философия есть выражение комплекса неполноценности мётежных и заблудших в двух соснах: тела и души, страдающих манией Величия. Чем темнее в душе, тем изощренней их язык в распространении неверия и сомнений. Все великие исторически трагедии писались философами,разыгрывались тиранами, деспотами и полководцами-завоевателями, воспевались поэтами, восхвалялись драматургами, увековечивались скульпторами и художниками, поощрились властями и богатыми и в последующим уравновешивались кровью и потом бедных и торжеством Истины над ложью философии. Говорят, когда Всевышний установил руководством для Миров Истину, ИБЛИС поклялся, что собьёт людей с Пути истины, внушая им науки о величии собственного Сознания над всеми творениями Всевышнего. Ещё говорят, поэтому во всех философских системах человек может встретить такие слова и выражения, претендующие на мудрость, которые не содержались ни в одном из Небесных писаний и в которых нет ни мудрости, ни действия, кроме свиста и вихревого сотрясение воздуха. Говорят у ИБЛИСА два крыла: одна из философии, другая из магии слов- набора заклинаний, ненавистных Всевышнему и любой кого коснётся малейшее дуновение этих крыльев будет из заблудших.....если даже они из потомков сыновей великих цезов, поклонников греческих и римских язычников.

0
Магомед Султанов 07 марта 2014, 20:01

Как же ты, такой умный, аноним, снизошел до того, что пользуешься компьютером и Интернетом?! Если ты так уверен, что Всевышнему не угодна философия - откажись от благ цивилизации, они детерминированы философией, разумеется, по воле и таковому замыслу Свыше

0

Оставить комментарий:

Наверх