27 мая
24 августа 2014 4450 3

«Убеждать Абхазию присоединиться к Грузии – бессмысленно», – Хаджимба

В последний день перед выборами кандидат в президенты Абхазии Рауль Хаджмиба побеседовал с «Кавказской политикой»

usahlkaro Надана Фридрихсон международный обозреватель usahlkaro Беслан Успанов Автор статьи

Предвыборная гонка в Абхазии подходит к концу. 23 августа – последний день, когда кандидаты встречаются с избирателями. Рауль Хаджимба направляется в Ткварчельский район. Его кортеж состоит из множества машин.
Кандидат возлагает цветы к мемориалам, люди встречают его с улыбками, вспышками фотоаппаратов. Хаджимба слегка улыбается, кивает в ответ на приветствия.
Говорит он тихо, отвечает лаконично. По его походке и взгляду видно – он сильно устал. Но впереди, пожалуй, одна из самых важных встреч. Выступать в своем родном районе всегда особенно непросто.
Чтобы послушать выступление своего кандидата и его команды, собралось достаточное число людей. В толпе видны плакаты: «Рауль, мы с тобой». Пришли молодые люди, молодые мамы, дети, старики, некоторые из которых одеты в военную форму.
Хаджимба выбрал необычную для политической практики стран постсоветского пространства предвыборную кампанию. С трибуны звучат призывы голосовать не просто за его кандидатуру, а за команду.
После кандидат и его сторонники направляются в один из домов для ужина перед днем выборов. Люди толпятся во дворе, обсуждают политику, свои вопросы, дети – играют.
В этой обстановке «Кавказская политика» беседует с Раулем Хаджимба о предстоящем голосовании, планах на внутриполитические преобразования в Абхазии, геополитических интересах республики и, конечно, о том, как будут выстраиваться отношения с Грузией.
 

- Как вы считаете, какой процент голосов вы получите по итогам выборов?

- Я не провидец и не могу сказать, какой будет процент, но многое сделано для того, чтобы был тот результат, который нужен нам.

- У вас необычная для политической практики стран постсоветского пространства предвыборная кампания. Звучали призывы голосовать, не за конкретного кандидата, а голосовать за команду, которая представляет кандидата, на агитационных плакатах нет вашей фотографии, как это уже приятно, а изображены люди и подпись с вашим лозунгом. Кто автор этого хода?

- Нет какого-то конкретного автора. Мы – команда, которая действительно подошла к решению этих вопросов таким образом. В Абхазии меня знают как человека, идущего в политику, тем более в этот выборный процесс, уже четвертый раз. И обозначать мое лицо на каких-то баннерах – бессмысленно. Поэтому я категорически сказал, что этого делать не нужно. Есть люди, которые все эти годы были со мной, люди, которые действительно многое сделали: и в военное время, и после войны. Это люди как старшего поколения, так и молодые. И хотелось бы, чтобы они стали в большей степени узнаваемые и принимаемые обществом.

- В СМИ часто отмечалось, что вашим основным конкурентом на выборах можно считать Аслана Бжания. Вы согласны с этим?

- Судя по процентам, которые звучат с отсылкой к социологическим исследованиям, обозначен он, но я думаю, что здесь идет вопрос не о конкуренции, здесь больше – искусственно наращиваемые условия, для того, чтобы именно этот человек победил. Вся старая система власти, вся чиновничья рать находится за ним, потому что бывший президент создал возможности для того, чтобы эти силы шли за ним. На пользу ему это пойдет или нет – покажут завтра выборы.

Рауль Хаджимба

- Насколько далеко Бжания готов зайти ради победы?

- Я не думаю, что он сам лично готов куда-то далеко заходить. Но его окружение достаточно разношёрстное и готово пойти на разного рода шаги. Я надеюсь, что благоразумие возьмет вверх, и они увидят настрой народа, который вряд ли допустит развитие событий в том русле, в котором они предполагают.

Уже несколько недель звучат призывы, которые психологически пытаются воздействовать на наших людей. Мол, результат выборов предрешен, они – победители, которые призывают нас не совершать никаких действий и быть в рамках конституционного поля. А мы и не собираемся выходить за рамки конституционного поля. И мы сделали значительное количество работ, которые скажутся на результатах.

- Завтра будут какие-то провокационные действия или все пройдет более-менее спокойно?

- Я думаю, что завтра будет более спокойный режим работы, потому что процедура голосования будет проходить под контролем, и если какие-то эксцессы будут непосредственно в самом избирательном участке, это будет пресекаться.

- Вы сказали, что вся чиновничья рать стоит за Бжания. А военные и полиция?

- Эти люди в большинстве своем тоже хотят перемен. Они хотят жить по-новому. Поэтому я не думаю, что значительное число их представителей находится в стане Бжания.

- Но если по итогам выборов победу одержите вы, и если в этой ситуации ваш основной оппонент пойдет на провокации, главным вопросом станет – кого поддержат военные и полиция?

- Абхазские силовики отличаются от российских. Наши силовики – это наши братья, которых мы знаем. Даже во время событий 27-го числа силовики заняли позицию нейтральной стороны. 

Силовые структуры в Абхазии занимают пока нейтральную сторону

- Одна из ваших идей: сократить полномочия президентской власти. Сейчас идут вбросы, в т.ч. от Бжания, о том, что в парламент должны будут войти представители от всех кандидатов. Можно ли считать, что это работа на перспективу и команда Бжания рассчитывает таким образом сохранить за собой власть?

- Я не знаю, на что они рассчитывают. Моя идея заключена в том, что та система власти, которая есть – была нужна в военный период. Единоличная власть позволяла единолично главнокомандующему определять пути становления всех процессов в стране. И все шаги были связаны с личностью президента.

В нынешних реалиях много таких процессов, которые сложно разрешить одному человеку. Наше маленькое общество – своеобразно по своему социальному расслоению. Но наши люди всегда жили в согласии, которое не позволяло это маленькое сообщество разделять. И я надеюсь на то, что в рамках современных реалий это будет реализовано через распределение полномочий.

Не обязательно перенимать западный опыт или российский. Есть форма взаимоотношений, которая характерна именно нам. Мы не собираемся придумывать что-то новое, а используем те возможности, которые были когда-то в нашей истории.

Есть такое понятие, как народный сход, что также закреплено законодательно. И перед народным сходом власть должна отчитываться. А не делать так, как это делается в других странах, – т.н. ежегодные послания. Формальная процедура по своей сути.

Здесь этим не будут заниматься. Тебя заставят отчитаться, почему у тебя что-то не получилось. Это нужно делать перед простым народом. И это нормальный процесс.

- Пока шел предвыборный период, у вас была связь с Москвой? Вам звонили, предлагали консультации?

- За все эти годы, находясь в политической борьбе, я всегда общался с российской политической элитой, и, наверное, говорить сегодня, что этого нет – это был бы обман.

С нами говорят, с нами встречаются, и мы откровенно говорим о тех процессах, которые происходят в нашей стране.

Это важно, чтобы нас знали те, кто нас признал, и те, кто готов с нами работать, те кто нам помогает.

Есть определённые интересы и с нашей стороны. Мы хотим, чтобы, используя финансовые возможности, которые предоставляет Россия, мы были бы в праве нацеливать свои усилия на те направления, которые принесут нам пользу, дивиденды и возможности завтра опять не ходить с протянутой рукой.

- Вас можно считать выгодной Москве фигурой?

- На днях приехали представители Государственной Думы России, я с ними встречался и говорил. Также с ними будут встречаться представители других команд. Здесь кому-то привилегии не отдаются. Россия сделала в 2004 году такую ошибку, и я думаю, что уроки прошлого позволяют им вести себя соответствующим образом.

- А в отношении Грузии у вас есть стратегическая линия? В частности Ираклий Гарибашвили сделал интересное заявление, что знает цену миру и готов к диалогу с Абхазией.

- Грузия все время говорит, что готова, но дальше слов не пошла. В свою очередь мы готовы говорить с ними тогда, когда Грузия поставит свою подпись под соглашением о неприменении силы, будет готова признать независимость нашей маленькой страны. К сожалению, этого всего нет. А пытаться с нами говорить с позиции убеждения нас, что мы должны быть единым территориальным образованием, что мы должны присоединиться к Грузии, – это все бессмысленно. 

Убеждать Абхазию присоединиться к Грузии – бессмысленно, - Хаджимба

- Т.е. одно из ваших главных условий, чтобы Тбилиси признал независимость Абхазии?

- Чтобы получился разговор, Грузия должна видеть, что есть Абхазия, которая развивается. И хочет того Тбилиси или нет, но которая - самостоятельная страна.

- На ваш взгляд, такая позиция не «вбивает клин» в российско-грузинский диалог?

- Ничем.

- Т.е. Россию устроит ваша бескомпромиссная позиция в этом вопросе?

- Я думаю, что Россию давно устраивает наша позиция в этом вопросе. Москва пошла по пути нашего признания, потому что у нас есть своя собственная позиция, и она звучит громко.

Есть усилия России в различных переговорных процессах, но сегодня остался только один – это женевский процесс. И если будут расширены возможности говорить на других площадках – почему бы и нет, но я не вижу желания грузинской стороны. 

- А в отношении Армении у вас есть план работ? Тем более, что Ереван проявляет заинтересованность к Абхазии, в частности когда речь идет о железнодорожном сообщении.

- У нас не было с армянской стороной никаких переговоров. Я знаю, что идут определённые консультации с российской и грузинской сторонами на предмет решения проблем транзитных движений через нашу территорию, но никому не стоит забывать, что мы также являемся стороной в этом переговорном процессе. И пока с нами не будут говорить, решения этой проблемы не будет. Железная дорога – это наша собственность, и мы будем определять ее будущее. 

А так, мы сторонники того, чтобы она функционировала, мы получали бы за эти передвижения грузов соответствующие дивиденды, нам это выгодно. 

Железная дорога – это наша собственность, и мы будем определять ее будущее, - Хаджимба

- Кроме России, какое государство Абхазия рассматривает в качестве потенциального партнера в регионе?

- Далеко ходить не нужно. Есть страны постсоветского пространства, я надеюсь на то, что будут развиваться отношения и с Белоруссией, и с Казахстаном.

- В рамках евразийского проекта, или в двустороннем формате?

- Что касается ЕАЭС – нет пока евразийского экономического проекта. Но готовы ли они нас принять – об этом рано говорить. Сначала нужно, чтобы нас признали. Но есть возможности работать через Россию. Мы готовим предложение об установлении союза с Россией, который позволит нам потом решать вопросы дальнейшего участия в этих форматах.

- Сейчас Россия в непростых отношениях с западными партнерами. Вводятся санкции, причем уже с обеих сторон. Как это отразится на Абхазии и на российских инвестициях в Абхазию?

- Я думаю, что те дотации, которые сегодня существуют, они для России не столь значительны, и  на них никак не повлияют те процессы, которые возникают между Россией и Западом.

Но если бы мы правильно использовали те возможности, которые предоставляет нам Россия: стали бы развивать экономические вопросы, в частности аграрный сектор, то мы были бы интересны. Мы не говорим, что могли бы наполнить российский рынок своими товарами, но какую-то нишу мы могли бы заполнить. Если бы были созданы условия для инвестирования в агарный сектор, мы могли бы обеспечить хотя бы часть российского запроса в сельско-хозяйственных товарах.

- А что в отношении нефтегазовой отрасли?

- Я глубоко не знаком с этими нюансами, хотя в парламенте Абхазии были жаркие дискуссии по этому вопросу. Я противник этого. Мы – маленькая страна. У нас вопросы экологии важнее, чем все остальные. И мы можем зарабатывать на других направлениях деятельности.

Самое большое наше богатство – это природные возможности. Если мы правильно ими распорядимся – это на века, а нефтегазовая отрасль – это ненадолго. Нам за это ненадолго можно получить серьёзные проблемы: экологического характера и военно-политического. И интерес к Абхазии может пропасть.

- Ваша программа стратегическая и требует времени на реализацию. Нефтегазовая отрасль позволяет заработать быстро и показать результат. Остальные направления – более долгосрочны. Дадут ли вам избиратели это время, тем более, что ваша предвыборная кампания вселяет надежду, судя по реакции, которую я видела.

- Я – не утопист. Я понимаю, о чем говорю. Люди хотят не быть обманутыми, и чтобы было начато движение. И это движение позволит заложить возможности для реализации намеченного.

Нашим людям нужно, чтобы здесь и сейчас была возможность реализовывать те планы, о которых мы говорили. Выбрав курс, нужно ему следовать.

- За те годы, пока Абхазия была признана Россией, но непризнана остальным миром, и пока Абхазия получала дотации, не сложилась ли ситуация, что население отвыкло работать? Так ли это, и если так, готово ли общество к таким переменам?

- Для нашего народа не была характерна сфера торговли, мы больше привязаны к земле. Но сегодня нет заводов, нет тех возможностей, которые раньше были в аграрном секторе. Поэтому люди просто выживают. Но это не значит, что наши люди ленивые.

Наши люди хотят иметь возможности не на завтрашний день, а здесь и сейчас, чтобы прокормить семью, удовлетворить свои потребности т.д. И это все реально исполнить, если мы правильно распределим свои возможности.

Хочется, чтобы были равные возможности для всех. Я не говорю о коммунизме. Должна быть новая система, отвечающая современным реалиям.

Я понимаю, что сложно реализовать намеченное, что есть опасность, есть определенные угрозы, в т.ч. и для жизни. Но я этого не боюсь. Наверное, если бы я исходил из фактора опасности, я бы не занимался тем, чем занимаюсь.

- Если представить, что вы победили. Рауль Хаджимба – президент. Ваше первое президентское решение?

- Это банально, но это кадровая политика.

- А вы не боитесь, что первым решением сразу наживете врагов?

- Бояться мне нужно было, когда я пришел в политику, но не сейчас. А жить, все время опасаясь, – это не самое лучшее, особенно для мужчин.

- У вас, у вашей команды есть какой-то свой ритуал перед выборами?

- Особых ритуалов нет. Единственное, утром я молюсь. Это я делаю для себя и внутри себя.

0 Распечатать

John Smith 27 августа 2014, 02:48

Antey))Вы о фонарях от фонаря )))Погуглите..С фонарями в Абхазии все отлично..Негоже заниматься аналитикой,не зная предмет разговора)))

0

Оставить комментарий:

Наверх