12 октября 1881 0

«Традиционная модель семьи неизбежно трансформируется»

Этнопсихолог Ольга Павлова рассказала КАВПОЛИТу о роли адатов, шариата и светских законов в семейном регулировании на Северном Кавказе

usahlkaro Насима Бокова журналист usahlkaro Екатерина Нерозникова журналист

Традиционные общества Северного Кавказа претерпевают серьезную социальную трансформацию, что отражается на всех аспектах жизни, в том числе на семье. Роль женщины и мужчины в браке меняется под влиянием как ислама, так и светского общества.
При этом традиционные общества не выбирают какую-то определенную модель регулирования, а используют все сразу – адаты, религию, законодательство РФ. Как такая система работает на практике – КАВПОЛИТу рассказала кандидат педагогических наук, этнопсихолог, автор более чем 100 статей и монографий, в частности «Ингушский этнос на современном этапе: черты социально-психологического портрета», «Чеченский этнос сегодня: черты социально-психологического портрета» Ольга Павлова.

- Каковы основные признаки домашнего насилия, в том числе психологического?

- Домашнее насилие может быть нескольких видов – психологическое, физическое, сексуальное. Психологическое насилие – это унижение, оскорбление, манипуляции, угрозы, издевки и так далее. Это ущемляет чувство собственного достоинства человека и ставит его в зависимое положение от того, кто транслирует такие эмоции.

Это опасное для человека воздействие. Он вынужден не высказывать свои взгляды, опасаясь угроз. Человек жертвует своими интересами из-за действий другого человека. Ничем не мотивированная ревность – это тоже признак психологического насилия.

- Бывает ли такое, что жертва сама не осознает, что она находится под влиянием пассивной агрессии?

- Конечно, довольно часто в семейной жизни люди просто не замечают агрессивных действий своего партнера, супруга или отца (чаще насилие исходит от мужчин, хотя может идти и от женщин). Находясь в этом на протяжении многих лет, жертва может считать такое состояние нормальным, привычным и даже впадать в определенную зависимость.

Недаром есть такая поговорка: бьёт – значит любит. Это типичное отражение искаженного понимания – что агрессивное поведение является подтверждением любви. И многие женщины живут  с убеждением, что это нормальное проявление отношений в семейной жизни.

- Есть ли предпосылки для проявления домашнего насилия в традиционном семейном укладе чеченской или ингушской семьи?

- Здесь необходимо понимать, что есть традиционный уклад как некая модель существования общества, а есть реализация этой модели в каждой конкретной семье. В принципе, эта модель предполагает определенное давление общества на личность. В коллективистической модели общества личность не свободна, поскольку она зависима от других. Это и есть основа такого общества. Взамен на эту зависимость личность получает поддержку, защиту, опору, ощущение психологического единства и целостности, то есть положительные моменты, которое дает коллективистическое общество. Все традиционные общества на Кавказе построены по этой модели. 
Есть традиционный уклад как некая модель существования общества, а есть реализация этой модели в каждой конкретной семье

Другое дело, как эта традиционная модель реализуется в каждой конкретной семье. В литературе, посвященной адатам и моральным кодексам на Северном Кавказе, таким как Нохчалла, Галгай Эздел, Адыгэ Хабзэ, мы увидим, что все эти модели предполагают уважение к женщине, ее защиту, и в целом ставит женщину на очень высокую ступень. Нигде не написано, что женщина должна подвергаться  насилию, физическому или психологическому.

В рамках каждой конкретной семьи все это может реализовываться совершенно по-разному. Не редки случаи, когда женщина действительно подвергается насилию.

 Но это характерно для абсолютно любого общества. Нельзя говорить о том, что это связано именно с традициями Чечни и Ингушетии. Мы можем наблюдать примеры и физического и психологического насилия над женщиной в любом обществе, даже в современном индивидуалистическом.

- Но ведь такие кодексы во многом могут оправдать поведение мужчины. Он может говорить: «По адатам ты должна делать это и это». В индивидуалистической модели общества нет такого механизма.

- Психологическое насилие – это вещь очень тонкая. Грань между традиционным функционированием семьи и начавшимся насилием очень зыбкая. Действительно, человек может вступить на путь подавления, пресекая индивидуальные желания другого. Например, «а я хочу выйти замуж за того-то, а я хочу уехать в город, а я хочу вот так себя вести или так одеваться». Пресекая эти желания, человек может начать психологическое давление, которое нередко переходит и в физическое насилие.

Но нигде в традиционных кодексах никаких побудительных императивов к насилию мы не увидим. Это реализуется людьми сообразно их пониманию и представлению о том, как должно быть.

Дело в том, что мы сейчас присутствуем при трансформации традиционных обществ. Современная жизнь развивается  быстро, и традиционная модель испытывает на себе очень серьезное влияние различных факторов. Начиная рушиться, она пытается сама себя сдерживать. Нередко это искусственное сдерживание «сверху», которое проявляется через издание постановлений о том, как делать можно, и как нельзя. Все это, конечно, имеет очень ограниченный эффект. 


 Ольга Павлова 

- Насколько серьезным оказывается влияние ислама на традиционную модель устройства семьи?

- Я смотрю на ситуацию как этнопсихолог и вижу, что общество движется от традиционализма к индивидуализму, по пути развития собственной осознанности действий. В частности, это связано с нормами ислама, когда личная ответственность перед Всевышним побуждает человека сохранять нравственность и чистоту, самостоятельно контролировать свои действия.

Это уже внутренняя осознанность, глубинный уровень регуляции поведения человека. Так что искусственное общественное сдерживание играет роль в меньшей степени. К тому же очень многие представители Северного Кавказа сейчас уезжают в другие города, покидают пределы родины, где нередко начинают вести себя в соответствии с новыми моделями поведения, которые они увидели. Традиционная модель семьи неизбежно трансформируется.

- На чем сейчас преимущественно основывается семейное регулирование – на исламе, адатах или других системах?

- Светское законодательство закреплено в законах, оно прописано. Адаты существуют в представлениях людей – это неписаный свод правил поведения. Исламская система существует в виде законов шариата. Эти модели реализуются на том уровне, на котором определенная семья их понимает. 

Поэтому нельзя сказать, что люди, говорящие «Мы будем жить по исламу», не будут опираться на традиционные модели и регулировать свое поведение только нормами шариата. Это значит, что семья регулирует внутренние правила теми нормами, о которых она имеет представления. Эти представления могут быть совершенно искаженными.

Та же ситуация с адатами. Часто люди говорят – у нас по адатам так принято. На самом деле адаты тоже трансформируются. От тех адатов, что были сто лет назад, уже мало что осталось.

Поэтому говорить о том, что та или иная модель будет существовать в обществе в идеальном виде, невозможно. Но в целом, конечно, цивилизация движется от коллективизма к индивидуализму. Это напрямую  сопряжено с индивидуальной ответственностью перед Всевышним.

- Можно ли сказать, что исламская модель регулирования более справедлива и удобна для женщины, чем традиционная коллективистическая?

- Религия предъявляет к человеку высокие требования, это так. Но он сам конструирует себе систему, в которой живет.
Например, вопрос полигамии. У мужчины есть право брать до четырех жен, и многие с успехом этим пользуются, каждые два месяца меняя очередную вторую, третью, четвертую жену. Мужчина считает, что таким образом реализует свое право.

Дело в степени ответственности каждого человека, в его понимании религии, адатов и того же светского законодательства.  Так что на практике работает смешанная система. Общества Северного Кавказа полиюридические – они основаны на нескольких системах, действующих одновременно. Каждый человек обращается именно к той системе, которая отвечает его потребностям в данный момент.


Ольга Павлова 

- Как это проявляется в повседневной жизни?

- Сейчас нередко женщина обращается в гражданский суд с требованием оставить ей детей после развода. Это уже не редкая тенденция, хотя и новая, особенно для такого региона, как Ингушетия. Как правило, гражданский суд присуждает детей матери вопреки адатам. Другое дело, что ей не всегда удается реализовать это решение суда и действительно оставить детей.

- Раз женщины обращаются в суд, это очень многое говорит об изменении взглядов самих женщин.

- Да, это стало достаточно распространенным явлением.

- Давайте рассмотрим конкретную психологическую проблему – абьюз. Насколько поведение мужчины в традиционной чеченской или ингушской семье может подходить под понятие абьюза?

- Мужчина в традиционном обществе коллективистического типа, безусловно, главенствует над женщиной. Это дает ему не только большое количество прав, но и возлагает огромную ответственность. Женщине отводится важная роль хранительнице домашнего очага. Она заботится о детях и благополучии внутреннего климата семьи.

В идеальной традиционной модели признаков насилия, в том числе абьюза, нет, потому что каждый человек понимает свою роль в этой системе и выполняет требования, которые она на него накладывает. 

Стремление искусственно удержать человека в рамках традиционной модели поведения может привести к угрозам и мерам физического воздействия

Но не исключено, что если кто-то из членов семьи отказывается выполнять эту традиционную роль и выбирает для себя иную поведенческую модель, то может последовать насилие и давление. Стремление искусственно удержать человека в рамках традиционной модели поведения может привести к угрозам и мерам физического воздействия.

Поэтому не редко сейчас девушки, выходя замуж, заранее ставят условия: чтобы мы жили отдельно, в Москве, а не на родине, подальше от родственников.

Свой список требований – это попытка выхода из традиционной модели. Девушка понимает, что ей будет некомфортно и тесно, поэтому заранее ищет мужа, который согласен на трансформацию этой модели.

- Готово ли традиционное общество обсуждать проблему семейного насилия?

- В традиционном коллективистическом обществе сор не выносится из избы. И поэтому это общество не готово обсуждать проблемы насилия, как и любые проблемы, в том числе наркомании и алкоголизма.

Традиционное общество не готово обсуждать проблемы домашнего насилия, как и любые проблемы, в том числе наркомании и алкоголизма

Да, семья знает, что существует какая-то проблема, какой-то порок, но не говорит вслух об этом пороке. То есть делает вид, что этой проблемы вообще нет.

- Является ли исламский фактор и нормы шариата достаточной защитой женщины в браке?

- Тут мы вновь приходим к вопросу, как реализуются традиционные нормы и нормы ислама в каждом конкретном обществе и конкретном случае. Например, среди женского населения в Чечне и Ингушетии я сталкивалась с таким мнением, что лучше было бы жить по Исламу, а не по адатам, потому что Ислам в большей степени защищает женщину, дает ей больше прав.

Обязанностей по Исламу у нее также меньше. Она не обязана готовить еду и убирать дом. Единственная ее обязанность – это хорошо относиться к мужу, заботиться о детях, воспитывать их.  А делать или нет все остальное, что связано с домашним хозяйством, – это ее личный выбор.

Есть экспертное мнение, что Ислам в определенной степени способствует эмансипации женщин, освобождая их от рамок традиционной модели. В определенном смысле это действительно так. Ислам больше защищает женщину, дает ей больше прав, заботится о ее неприкосновенности, и так далее.

Но я еще раз повторю, что это работает на уровне теоретической модели. На уровне реальной модели, конечно, женщина не всегда может реализовать свои права.


Ольга Павлова 

- Как реализуется право на развод для женщины в исламской и традиционной модели семьи? В какой системе женщине проще?

- Что касается разводов, то в Исламе это является наихудшим из дозволенных Всевышним дел. Поэтому развод – это последний из способов решения семейных проблем. Тем не менее он разрешен. Женщина может выйти из семейных отношений, которые унижают ее человеческое достоинство или где она подвергается физическому насилию. То есть Ислам ставит женщину на высокую ступень, давая ей такое право.

По адатам женщине гораздо сложнее развестись, потому что она должна оставить детей с мужем. Часто женщина просто не может допустить такого – она остается и терпит унижения, чтобы не разлучаться с детьми. Также развод сложнее осуществить из-за сильного давления общества: родственники будут уговаривать сохранить семью, несмотря ни на что. Но тут все, опять же, неоднозначно.

Все равно тенденция такова, что разводов, к сожалению, очень много сейчас и на Северном Кавказе, и в целом в стране и мире. Количество разводов неумолимо растет из года в год, в том числе, и в арабском мире. Эта тенденция затрагивает все общества, и неважно, по шариату они живут или по адатам.

- И все же ислам решает проблему повторного брака для женщины.

- Да, по исламу разведенная женщина не является нежелательным брачным партнером. Она может выходить замуж до тех пор, пока не устроит удачно свою семейную жизнь. Поэтому к разведенным женщинам отношение положительное.

Полигамия, которая в исламе дозволена, связана как раз с этим моментом. Она выступает в роли социальной защиты. То есть мужчины должны жениться на вдовах, многодетных одиноких матерях, чтобы поддерживать и уравновешивать общество.

В традиционном обществе разведенная женщина уже не настолько привлекательна для замужества, хотя в настоящее время эта тенденция существенно изменилась. Женщины на Северном Кавказе выходят замуж по нескольку раз. Под воздействием разных факторов тенденции изменяются, и мы уже не можем  однозначно говорить, что разведенная женщина никогда не выйдет замуж. 


0 Распечатать
Наверх