27 января 2014 566 0

Страна Обломовка

Если россияне такие умные, то почему такие бедные?
 

usahlkaro Антон Чаблин политолог, журналист

В рубрике «Особое мнение» мы знакомим читателя с самыми актуальными и заслуживающими внимания материалами. КАВПОЛИТ напоминает, что мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.

Главным событием последних недель в России стал состоявшийся в Москве Гайдаровский экономический форум, который регулярно организуют институт и фонд имени экс-премьера Егора Гайдара. Собирает это мероприятие либеральные круги российского истеблишмента. Но неожиданно главным ньюсмейкером оказался вовсе не либерал, а неокейнсианец, еще один экс-премьер – 84-летний Евгений Примаков.

В преддверии Гайдаровского форума он выступил с программной статьей в «Российской газете» (принадлежащей правительству) под названием «Современная Россия и либерализм». А затем этот же доклад представил на заседании учрежденного им «Меркурий-клуба», подвергнув резчайшей критике неолиберальный, монетаристский курс правительства Медведева.

Экс-премьер Примаков считает, что утвердившиеся в кабинете министров «идейные» либералы имеют мало общего со своими западными собратьями, взяв у них лишь самое поверхностные представления о монетаризме. Обвинил он правительство Медведева в излишнем стремлении к приватизации госпредприятий и чрезмерному контролю за работой госкомпаний.

Единственным локомотивом развития экономики страны Примаков считает не крупный бизнес, а государственные мегапроекты (вроде Олимпиады). При этом, правда, экс-премьер обходит вниманием то, что главная проблема подобных «строек века» – монополизм и коррупция, в поощрении которых сам Примаков и упрекает нынешних белодомовских неолибералов.

Выступление Евгения Примакова интересно не только в экономической плоскости. Ведь оно снова обострило давно идущую в российском обществе дискуссию: есть ли у нашей страны некий «особый путь», или нам все-таки по одной тропинке с Европой?

Давайте разбираться.

Пришло время «краснокнижных»

На «Гайдаровском форуме» был презентован экономический доклад, подготовленный Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), объединяющей 34 наиболее развитые государства планеты. Это своего рода клуб самых богатых. И по праву богатства они учат другие страны, которые еще в этот клуб не попали, как правильно строить экономику.

Вот и для руководства России ОЭСР уже в девятый раз сформировала список рекомендаций, о котором «Кавказская политика» начала рассказывать в статье «Не надо бояться «госдепов». Это своего рода квинтэссенция либеральных реформ – то есть тех, которые не любит Евгений Примаков. Чего же такого крамольного предлагают западные аналитики?

Почти четверть всего объема доклада занимает раздел, посвященный реформам в сфере образования, науки и высоких технологий. Такое пристальное внимание понятно, ведь образование – это ключ к изменению менталитета, без которого невозможны никакие, даже самые передовые, экономические реформы.

Аналитики ОЭСР отмечают, что сегодня Россия является одной из самых «дипломированных» стран – однако количество, увы, не переходит в качество.

«Процент населения с высшим образованием в России один из самых высоких в мире. Однакообразовательная система не позволяет обеспечить правильное сочетание профессиональных умений для соискателей на рынке труда… Этот факт подтверждается тем, что большое количество высокообразованных лиц работают на неквалифицированных должностях», – пишут авторы доклада.

По башке – золотым дождем!

Очень скоро именно этому поколению «краснокнижных» предстоит управлять страной. В докладе ОЭСР так и растолковывается: «Тех, кто родился во время послевоенного демографического бума, в ближайшие десять лет постепенно заменит значительное по численности поколение людей с рекордно высоким уровнем образования». Только справятся ли?

Тем более, учитывая задачи, которые ставит Путин: одним из своих «майских» указов он потребовал до конца своего третьего срока (2018 года) повысить производительность труда в среднем в стране в полтора раза и создать 25 миллионов новых рабочих мест в высокопроизводительных отраслях экономики (в России это, как ни странно, добыча полезных ископаемых, переработка углеводородов и металлургия).

Рынок труда в России очень гибкий: примерно треть экономически активных лиц в России меняют место работы каждый год. С одной стороны, такая мобильность позволяет держать на низком уровне безработицу, а с другой – чрезмерная «оборачиваемость» рынка ограничивает вложения в обучение работников.

Также ограничителем вложений в «человеческий капитал» является высокая доля неформальной занятости (по оценкам экспертов, она составляет от 7 до 20% всех работающих лиц) и самозанятости, а также наличие огромных и неэффективных госкомпаний. Усугубляет ситуацию и продолжающаяся «утечка мозгов» (brain drain).

Но все же самая главная причина – это чрезмерно высокие зарплаты: с началом нефтяного ума «нулевых» годов подушевой доход в России рос значительно быстрее, чем производительность труда. То есть деньги почти буквально сыпались людям с неба. Только один из десяти российских рабочих (синих воротничков) участвует в дальнейшем обучении, в то время как в большинстве стран ОЭСР таких около половины.

Россияне просто не видят потребности в повышении профессиональной компетентности. Причем, замечу, речь о росте зарплат далеко не всех работников, иначе как объяснить, что в России до сих пор каждый десятый живет за чертой бедности (по показателям социального неравенства наша страна находится на уровне государств Черной Африки и Ближнего Востока).

В этой связи аналитики ОЭСР пишут, что Россия должна развивать программы непрерывного (в течение всей жизни) образования и содействия занятости. В частности, повысить социальные пособия для безработных (сегодня они составляют от 5 до 30% от средней зарплаты).

Также нужно стимулировать тренинги как в масштабах отдельных фирм (малых или низко образованных), так и целых категорий работников (пожилых, молодых, одиноких матерей) и даже регионов (республик Северного Кавказа). Для этого возможно введение так называемых «тренинговых ваучеров» (такая система сейчас введена, например, в корпорации Microsoft).

В целом же, эксперты ОЭСР предлагают российским властям обратить внимание на опыт Германии по реформированию рынка труда в начале «нулевых» годов, которое известно как «схема Херца» (по имени идеолога реформ Петера Харца, члена совета директоров Volkswagen AG).

Куда «утекают» наши мозги?

Причина неэффективности нашего рынка труда кроется, безусловно, в самой системе образования. По данным международных тестов, российские школьники ничем не уступают своим сверстникам из других стран – и читают быстро, и считают хорошо. Но отстают в умении применять эти теоретические знания на практике.

Низкую «социальную мобильность» своих знаний, кстати, демонстрируют и другие развивающиеся страны (Бразилия, Индия и Китай), но там эти показатели заметно улучшились с середины девяностых. А  Россия осталась на прежнем месте. Кроме того, в России очень высок уровень детей, которые вообще, судя по тестам, не адаптированы к применению школьных знаний (их 30% среди мальчиков и 15% среди девочек).

И если бы проблему можно было решить только деньгами! Но и ими, конечно, тоже. Лишь 2,4% российского ВВП составляют расходы на начальное и среднее образование, в то время как в развитых странах (на круг среди членов ОЭСР) эта сумма составляет 4%.

Кроме того, поскольку эти функции полностью в России отданы на откуп регионам, то и качество сильно «скачет»: расходы на одного учащегося в среднем по стране варьируют от 31 до 164 тысяч рублей (от 0,3 до 13,6 процентов от ВРП). Причем даже в пределах одного региона все сильнее разброс между школами «элитными» (с платными факультативами) и обычными (существующими только за счет бюджета).

При этом аналитики хвалят правительство страны за принятие нового федерального закона «Об образовании», повышение зарплаты учителям, введение новых («третьего поколения») образовательных стандартов. Но многое предстоит еще и сделать.

Чтобы привлечь в школы талантливую молодежь, нужно создать систему выплат премий по итогам работы. Достаточно сказать, что сегодня учителя зарабатывают 63% от среднедушевого ВВП, в то время как в европейских странах – 123%.

Рекомендуют эксперты ОЭСР расширять «альтернативные» (по отношению к тому, к чему мы привыкли с советского времени) формы школьного обучения – проблемно-ориентированные и проектные. Чтобы задействовать у детей не зубрежку, а живой ум. Заодно предлагают снижать нижнюю планку поступления в школы – с нынешних 7 до 4 лет, как принято в Западной Европе.

Повышение расходов аналитики ОЖСР предлагают начать со среднего профессионального образования, которое сегодня пребывает в самом плачевном состоянии. Также настаивают на расширении сотрудничества ссузов и вузов с бизнесом, который является главным «заказчиком» кадров: например, активнее включать работодателей (в том числе промышленников) в наблюдательные советы учреждений образования. А также предлагают, чтобы как можно быстрее в России все же укоренились образовательные кредиты (при сохранении бюджетных мест, разумеется).

Принудить к инновациям!

Образовательная и трудовая реформа нереальна без изменений в сфере НИОКР, которая сегодня на три четверти представлена государственными НИИ. При этом аналитики ОЖСР убежденно поддерживают реформу Российской академии наук (РАН). Вопреки, кстати, мнению, твердо утвердившемуся в обществе о том, что это некая «священная корова», которую ни за что нельзя трогать. Причем подобное отношение к академии укрепилось как в среде старой советской интеллигенции, так и либеральной оппозиции.

«Огромные объемы финансирования выполняются без надлежащей отчетности и без учета результатов работы… Островки потрясающей производительности существуют на фоне низкой производительности исследований, плохо управляемых специализированных институтов с высокой численностью работников. Численность академии очень высокая, но только половина сотрудников занята в реальных исследованиях», – говорится в докладе ОЭСР.

И очень, на мой взгляд, правильно говорится, даже слишком мягко. Ну нужно же что-то делать с ареопагом обезумевших старцев! С цифрами в руках эксперты ОЖСР доказывают, что Россия, долгие (тоталитарные!) годы бывшая мировым лидером в сфере науки, сейчас стремительно теряет позиции: снижается наша мировая доля публикаций, патентов и, что самое главное, инновационных продуктов.

Причем реформирование РАН лишь должно начаться с мер, предложенных министром Игорем Ливановым и поддержанных президентом («Кавказская политика» подробно рассказывала о них в статье «Гении и злодейство»). Следующий шаг, говорится в докладе ОЭСР, – разрушить сверхмонополию РАН на научные исследования. А это возможно, когда изыскания будут все чаще проводиться в региональных университетах (то есть на местах, ближе к конкретному заказчику).

А в идеале – в частных институтах (то, что на западный манер называется think tank), коих уже предостаточно в гуманитарной сфере, но критически мало в инженерной. В итоге мы должны идти к созданию инновационных кластеров и технологических платформ.

В идеале всё это должно дать толчок к переводу экономики России на инновационные «рельсы». О чем, кстати, уже давно твердят: на фоне эйфории от грядущих изменений еще в пору президентства Дмитрия Медведева даже появился зловещий термин «принуждение к инновациям». При этом, впрочем, эксперты скептически высказываются о главном медведевском «детище» – инновационный центр Сколково.

«Это единичный проект, где стимулируются инновации через снижение административных барьеров… для небольшой группы специализированных фирм. Но это не должно вызывать эйфории по поводу снижении таких барьеров для малого бизнеса по всей стране», – умно резюмируют аналитики ОЭСР.

И вправду, покуда правительство будет судорожно хвататься за отдельные законопроекты и инициативы (то либеральные, то кейнсианские), а не выстраивать жесткую логику последовательных реформ, толку в России не будет. Вот и судите сами, прав ли Евгений Максимович.

0 Распечатать

Наверх