19 сентября 4172 3

Революция в Курдистане: теория и практика

Как работает система народовластия на севере Сирии – рассказывает историк Дмитрий Петров

usahlkaro Екатерина Нерозникова журналист usahlkaro Насима Бокова журналист

Вот уже более пяти лет одно из крупнейших государств Ближнего Востока – Сирия – претерпевает серьезную социально-политическую трансформацию. Кризис власти, последовавшая за ним гражданская война и зарождение крупнейшей террористической организации современности – все это делает Сирию центром внимания для исследователей и журналистов.

Один из важных процесов – это образование курдского автономного региона Рожава на севере Сирии. Именно здесь курдский проект, искавший почву для воплощения не одно десятилетие, начал претворяться в жизнь.

Дмитрий Петров, кандидат исторических наук, общественный активист и соавтор книги «Жизнь без государства: революция в Курдистане», рассказал КАВПОЛИТу о социальном эксперименте, который проводят курды в Рожаве.

Дмитрий Петров, историк, общественный активист:

Я работаю с темой курдского революционного движения с 2014 года. В июле мы, вместе с коллегами, издали сборник «Жизнь без государства: революция в Курдистане». Он посвящен событиям, происходящим как в Курдистане вообще, так и в Сирийском (или Западном) Курдистане в частности. Там в течение шести лет происходит активная социальная трансформация, которая, на наш взгляд, заслуживает пристального внимания и мировой общественности, и российской в частности.

Основной интересной для меня темой является прямое народовластие. Это сущность данного социального проекта – по крайней мере, в том виде, в котором его понимают его организаторы. Это Рабочая партия Курдистана и ее сестринская сирийская организация «Партия демократического союза».

Прямая демократия является основополагающим принципом, на котором, как декларируется, строится общество в Рожаве (Сирийский Курдистан). Это управление обществом через систему народных советов. 

Прямая демократия является основополагающим принципом, на котором, как декларируется, строится общество в Рожаве

Господствующей экономической формой планируется сделать кооперативы. Уже сейчас около 55 тысяч человек в четырехмиллионном регионе организованы в корпоративное производство. Также очень интересны гендерные аспекты.

Это общество, на мой взгляд, является одним из самых интересных социальных проектов современности. Это попытка уйти от государственной авторитарной логики в сторону народного самоуправления и реализации народного права на суверенитет в самом широком смысле этого слова.

Время Асадов: права и несвободы

В Сирии при Асадах – и при сыне, и при отце – курды были очень сильно ущемлены в правах. Речь о десятках тысяч человек.

Большинство курдов были негражданами. Для них существовало два статуса – неустановленные лица и приехавшие иностранцы, несмотря на то, что большинство жили тут несколько поколений как минимум.

Люди не могли владеть землей, получить высшее образование, участвовать в политической жизни. Хотя в Сирии времен асадов вообще мало кто, кроме элиты, был допущен к политической жизни.

Зачастую люди не могли устроиться на какую-либо высокооплачиваемую работу.

Цели и задачи РПК

РПК, которая является флагманом и локомотивом этого движения, зародилась в конце 70-х годов как достаточно традиционное для стран третьего мира национал-освободительное движение с марксистско-ленинской идеологией. РПК не всегда открыто позиционирует себя в регионе, часто действуя через другие организации, такие как Партия демократического союза. Но все это восходит к одному движению.

РПК проделала довольно извилистый путь. Самое интересное, на мой взгляд, началось недавно – когда в первой половине 2000-х годов организация сменила свою идеологическую ориентацию на то, что ее лидер Абдулла Оджалан называет демократическим конфедерализмом.

Это стремление уйти от попытки строить национальное государство – будь то Курдистан, Турция или другое – в сторону самоуправления и этнического и гендерного равноправия, конфедерации народов, экологического баланса. С 2011 года, когда разразился сирийский кризис, эти идеи стали активно претворяться в жизнь на территории северной Сирии, где курды являются преобладающей этнической группой. 

РПК стремится уйти от системы национального государства в сторону самоуправления, этнического и гендерного равноправия, конфедерации народов

Уход от идеологии независимого социалистического государства Курдистан оказал довольно противоречивое влияние. Некоторые старые кадры сильно разочаровались, ведь в течение 30 лет люди гибли ради идеи независимого Курдистана. При этом очень много голосов партия выиграла: она смогла осуществлять более гибкую тактику через разную палитру организаций – женских, рабочих, молодежных.

Кроме того, это был очень важный сигнал для не курдского населения, также проживающего в этом регионе. Сейчас автономию на севере Сирии поддерживают, в том числе, люди арабской и ассирийской национальности, то есть очень разные этнические группы.

Более гибкая и хитрая идея автономии не менее радикальна, чем идея независимого государства, что видно по сегодняшней практике. С другой стороны, она дала пространство для маневра, и партия в новом виде обрела более крепкую почву под ногами и миллионы новых сторонников.

Становление Рожавы на фоне сирийского кризиса

Ситуация коллапса сирийской государственности в 2011-2012 годах сыграла большую роль в том, чтобы социальный проект в Рожаве мог начаться.

Репрессивная машина сирийского государства была сосредоточена на других регионах, поэтому правительство не смогло препятствовать курдским силам. Фактически без активных боев асадовская администрация была выдавлена из северных районов. У нее остались небольшие анклавы в районе города Камышло на крайнем северо-востоке Сирии, а также в районе города Хасеке. Тем не менее с большей части северной Сирии она, с минимальным кровопролитием, была практически удалена. Почва была расчищена для нового социального эксперимента.

Фактически без активных боев асадовская администрация была выдавлена из северных районов Сирии

Взаимодействие Рожавы с другими глобальными игроками, безусловно, имеет место. Не стоит забывать, что помимо врага в лице ИГИЛ (террористическая организация, запрещена на территории РФ), существует еще и постоянная угроза со стороны Турецкого государства. Ультиматумы сыплются один за другим, не раз по территории северной Сирии наносились авиационные и артиллерийские удары. Так что Рожаве пришлось искать союзников с первых дней существования.

Борьба с ИГИЛ стала благодатной почвой для военного сотрудничества – в первую очередь, с США. За это Рожава подвергается определенной критике. Но, на мой взгляд, нет никаких реальных свидетельств того, чтобы глобальные игроки – как США, так и Россия, которая стремится влиять на кантон Африн на крайнем западе автономии, определяли внешнюю, а тем более внутреннюю политику Рожавы. 

Нет никаких свидетельств того, чтобы глобальные игроки – как США, так и Россия, определяли политику Рожавы

Гендерные роли в курдском проекте

Активная роль женщины является идеологической константой курдского движения. Абдулла Оджалан еще в свой марксистско-ленинский период активно настаивал на вовлечении женщин в революционный процесс и вообще в процесс общественной жизни.

Теперь под это подводится определенная идеологическая база. Идеологи РПК любят говорить, что в женской природе есть созидательное начало, которое испокон веков противостоит мужскому, более государственническому и разрушительному.

Эти тезисы можно оценивать по-разному. Куда интереснее практика, которая и них вытекает. Женщины очень активно представлены во всех партийных и движенческих структурах, а главное – в социальных структурах, куда вовлечены простые люди. 

Женщины очень активно представлены во всех партийных и движенческих структурах

Например, в любой организации есть комитет, который председательствует в том или ином партийном секторе. Там действует институт сопредседательства, где один председатель мужчина, другой – женщина. 

Существует целая курдская женская армия при РПК – YJA Star, она же «Армия свободных женщин Курдистана». Таким не может похвастаться ни одна политическая сила на Ближнем Востоке. По аналогии с ней в самой Рожаве была создана автономная военизированная женская структура – YPJ (Отряд самообороны женщин). Туда вовлечены тысячи девушек. Есть также всем известная YPG (Отряды народной самообороны) – смешанная мужская и женская добровольческая структура, которая обороняла Рожаву от внешних врагов.

Интересна и структура социального самоуправления. Там тоже действуют народные советы и профильные комитеты, которые призваны заменить органы исполнительной власти. Во всех советах существует обязательная квота, по которой минимум 40 процентов должны составлять женщины. Тоже есть институт сопредседательства. 



Кроме того, действуют автономные женские советы, которые обсуждают вопросы непосредственно женщин. Например, в лагере беженцев Махмур в иракском Курдистане, проживает 12 тысяч человек. Там действует автономный женский совет «Иштар», который разбирается со всеми вопросами, затрагивающими женщин как гендерную социальную группу. Это проблемы домашнего насилия, попыток принуждения к замужеству, убийств чести и так далее. Борьба с угнетением женщин, которое на Ближнем Востоке все еще является острой проблемой, ведется именно через эти институты.

В смешанных народных советах женщины всегда могут провести отдельное от мужчин заседание и наложить вето на любое решение, которое угнетает их как женщин

Почти во всех профильных комитетах такая же ситуация. В Махмуре умопомрачительное количество комитетов – около 25, от образовательных до комитетов владельцев магазинов или автомобилей. И только в комитете автомобилистов нет женщин, а в большинстве паритет. Что особенно важно – в комитетах по обороне, образованию и в судебном комитете женщины представлены на паритетных основаниях с мужчинами.

Россия и курды

В России проживает несколько сот тысяч курдов. Основные города проживания – Саратов, Ярославль, Тамбов, Краснодар, Ставрополь и Москва. Большинство российских курдов происходят из турецкого, северного Курдистана. Доминирующей политической силой в этом сообществе является РПК.

У РПК в России есть активные представители, которые действуют на ниве не только политики, но и культурного образования. Так что российское курдское сообщество активно вовлечено в эту проблематику. 

Российское курдское сообщество – это большое подспорье для курдского движения

В нашем сборнике есть интервью с сопредседателем федеральной национальной культурной автономии Фархатом Патиевым, где мы пытались осветить тему жизни российского курдского сообщества и ее вовлеченность в курдскую политику в целом. Интересно, что ФНК курдов РФ тоже сейчас пытаются внедрить институт сопредседательства, нетипичный для нашей страны.

Ислам и марксизм

Даже в свой марскистско-ленинский этап существования РПК не отличалась воинствующим безбожием. Это в принципе маловероятно в курдской среде, которая достаточно консервативна. Движение всегда стояло на позиции свободы совести.

Кадровый состав РПК – это преимущественно люди, не принадлежащие ни к какой религии. Тем не менее в движение вовлечено немало мусульман. В лагере Махмур, например, живут преимущественно сунниты. Местный переводчик, который нам ассистировал, говорил – да, я молюсь и верю в бога, при этом полностью поддерживаю идеологию демократического конфедерализма.

Абдулла Оджалан в своих работах подчеркивает, что в исламе идеи свободы, равенства и интернационализма звучали не меньше, чем в «Капитале» Маркса

Курдское движение стремится взаимодействовать со всеми конфессиями, не только с мусульманами-суннитами. В Рожаве равенство всех религий и свобода совести являются принципиальными позициями. Там живут и христиане-ассирийцы, и курды-езиды, поэтому атеизм для этого региона не может быть применим.

При этом движение не пытается продвинуть какую-то конфессию в привилегированное положение относительно других. То есть идея о равенстве всех конфессий реализуется на практике.

Революционный проект или курдский национализм?

Идеи реального народовластия, гендерные и религиозные аспекты – все это, на наш взгляд, беспрецедентно.  При этом мы в своих исследованиях стараемся уходить от поверхностного взгляда на вопрос.

Мы уже не говорим просто – там соблюдают права женщин, там все религии равны, там все замечательно. Мы понимаем, что везде есть нюансы. Наших читателей тоже уже не удовлетворяют поверхностные слепки – они хотят более глубокой информации.

У курдского проекта есть критики. Кто-то утверждает, что это обман, прямой демократии нет, а это все подспудное манипулирование и в чистом виде курдский национализм, выдаваемый за систему братства народов.

При этом большинство критиков исходят из своих личных установок, а не из фактов. В основном же люди, которые бывали в Курдистане, отзываются положительно. А критики, как правило, имеют довольно узкое представление о предмете, а то и никакого. На мой взгляд, это довольно красноречивое свидетельство не в их пользу.

В левой среде курдский проект пользуется особой поддержкой, потому что это возвращение (в хорошем смысле) утопии – идей прямой демократии и социализма не в советском формате, а в новом, демократическом виде.



Фото предоставил Дмитрий Петров

0 Распечатать

Альберт 19 сентября 2017, 13:25

Скажите РПК что они опоздали с коммунизмом лет на 50. Все уже поняли что Маркси́зм-ленини́зм это путь в никуда.

0
Hadzhi-Murat 20 сентября 2017, 14:19

Статья проливает свет на курдскую проблему в Сирии и заслуживает одобрения хотя бы за то, что объективно освещает политику Асадов по отношению к курдам. Как видно, нынешнему Асаду есть что исправить в этом деле.

0
Mut Mulof 24 сентября 2017, 21:59

Курды составляют в Сирии 9% от населения и большинство из них пришельцы с Турции,вот там пусть и создають свою рожаву.

0

Оставить комментарий:

Наверх