23 июня 3912 1

Ограбить музей, которого нет

Чтобы забрать экспонаты музея села Кубачи стоимостью в миллионы рублей, злоумышленникам пришлось всего лишь выключить рубильник
Кубачинский комбинат. Фото: Екатерина Нерозникова
Кубачинский комбинат. Фото: Екатерина Нерозникова

usahlkaro Екатерина Нерозникова журналист

В дагестанском селе Кубачи повторилась печальная история 1993 года – был ограблен музей при комбинате. Тогда ограбление стоило жизни одному охраннику. Сворованное быстро нашли – по счастливой случайности, злоумышленники не успели уйти далеко и попали в аварию.

На этот раз обошлось без жертв: грабители взломали замки, не привлекая внимания сторожа. Это было несложно – здание комбината огромное, проскользнуть незамеченным легко. Охранная система питается от общего рубильника – грабителям достаточно было просто отключить его.

Дверь, за которой хранились ценности, выглядит менее надежной, чем дверь средней махачкалинской квартиры. Учитывая, в какую сумму оцениваются пропавшие экспонаты, становится даже странно, что музей не обокрали раньше. 

Молния бьет дважды

В списках, которые дирекция Кубачинского художественного комбината им.Расула Алиханова предоставила полиции, числится более ста экспонатов (некоторые СМИ пишут о 160). Самый ценный из них – сабля Надир-Шаха с двойным лезвием и ручкой, вырезанной из кости, самая знаменитая ценность кубачинского музея. 

Учитывая, в какую сумму оцениваются пропавшие экспонаты, становится даже странно, что музей не обокрали раньше

Все украденное оценили в три миллиона рублей, но сумма эта относительна. Точную стоимость сабли, которая предположительно принадлежала иранскому правителю XVIII века, назвать сложно. Эксперты считают, что она может достигать двух миллионов долларов.

Саблю Надир-Шаха похищали и в 1993 году, и уже тогда это ограбление прогремело на всю страну. По версии следствия, частный коллекционер планировал вывести ее самолетом из Грузии.


 Сабля Надир-Шаха. Фото из архива музея

Этот инцидент должен был показать, сколь велико значение экспоната. Тем не менее реликвии вернули в комнату при художественном комбинате и оставили без должного присмотра. 

Саблю Надир-Шаха похищали в 1993 году, и уже тогда это ограбление прогремело на всю страну

Список украденного настолько масштабный, что диву даешься – как все это могло храниться за обычной дверью, в такой республике, как Дагестан, где любой боле-менее обеспеченный человек возводит вокруг своего дома трехметровый забор.

Призрак кубачинского комбината

Кубачинский комбинат поражает своими размерами. В прежние времена тут работало до 800 человек. Сейчас большинство помещений завода находится в запустении. Три комнаты, отведенные под музей, находятся на четвертом этаже административного здания комбината.

Я побывала здесь осенью 2015 года. Нас, журналистов, было четверо. Столько же человек мы встретили во всем этом огромном здании. Большинство станков были покрыты пылью, многие двери давно никто не открывал. При входе было вывешено вот такое интересное объявление:


 Объявление при входе в комбинат. Фото: Екатерина Нерозникова

В маленькой комнатке рядом с главным входом несла свой пост бабуля-сторож. Она подменяла своего еще более пожилого мужа. Хотя возраст и не позволял ему полноценно работать в охране, руководство комбината его не увольняло.

Ведь именно благодаря ему удалось найти грабителей в 1993 году. Этот человек работал сторожем и тогда – и получил пулю вместе со своим напарником. Ему повезло – он выжил и сумел сообщить о нападении главному инженеру.

Тогда он был героем. В 2015-м же, 22 года спустя, он оказался в рядах тех сотрудников комбината, что не получали годами зарплату. Последнее, что муж принес в дом – комплект бракованных рюмок, рассказала нам старушка.

 

 Жена сторожа комбината. Фото: Екатерина Нерозникова

Также бабушка рассказала, что на комбинате часто отключают свет. Однажды без света сидели несколько месяцев. Непонятно, как при таких условиях может работать сигнализация.

Директора комбината Магомеда Ахмедова старушка почти не видела – он большую часть времени проводил в Махачкале.

А был ли музей?

«Как исследователь древнего и средневекового художественного наследия народов Кавказа, я буквально удручен произошедшей кражей неповторимых, поистине реликтовых изделий из всемирно прославленного художественного центра Зирихгеран-Кубачи Республики Дагестан.

Глядя на то, каким способом проникли грабители в помещение, где хранились поистине бесценные художественные изделия, мне становится крайне неприятно за такое безответственное отношение к национальному художественному достоянию республики. Сквозь такие, прикрытые пластиком, двери в помещение мог пробраться даже рядовой наркоман», – пишет об ограблении искусствовед Владимир Бесолов. Адекватность отношения руководителей всех уровней к требованиям охраны национальных художественных ценностей всемирной значимости вызывает у него большие сомнения. 

Сквозь такие, прикрытые пластиком, двери в помещение мог пробраться даже рядовой наркоман

Бесолов полагает, что к ограблению могли быть причастны сотрудники комбината, которые годами не получают зарплату. «Но, скорее всего, замешаны представители руководства этого бесхозного помещения, которое невозможно отнести к составу Государственного унитарного предприятия "Кубачинский художественный комбинат"», – полагает он.


Фото: chernovik.net

Бесолов задает вполне логичные вопросы: «Почему так халатно относились к изумительным ценностям, не имеющим аналогов в мировой истории искусства? Или сознательно преднамеренно эти ценности хранились в недопустимо запущенной обычной комнате, и такое после нескольких крупных краж?»

Искусствовед уверен, что кубачинские сокровища еще в республике, и при слаженной работе оперативников их можно найти. По его мнению, дагестанскому правительству нужно экстренно приступить к строительству современного музейного здания в художественном центре Кубачи. Ведь формально кубачинского музея, об ограблении которого пишут газеты, не существует.

Тушите свет

Помещение, которое занимает музей, официально является комнатой образцов работ комбината. То есть ответственность за обеспечение безопасности возложена на администрацию предприятия: «музею» не полагается ни своя охрана, ни свое руководство. 

Формально кубачинского музея, об ограблении которого пишут газеты, не существует

Бывший директор Кубачинского художественного комбината Саид Ниналалов сделал ремонт на четвертом этаже административного здания комбината, где ютился музей. Следующий директор Магомед Ахмедов установил там камеры наблюдения. Также у комбината есть работающая сигнализация, в том числе и отдельно на этаже, где хранились экспонаты.

Но все это не помогло уберечь ценности: и сигнализация, и камеры не были оснащены бесперебойниками и питались от обычного рубильника. Злоумышленники знали, где находится нужный электрический щиток, отключили его и проникли в музей, рассказал КАВПОЛИТу замдиректора комбината Алихан Урганаев.

«Они вырубили автоматы, поэтому ни сигнализация, ни видеокамеры не работали. Видимо, они знали, что питание обеспечивается от внутренней сети. То есть люди, которые туда пришли, все прекрасно знали. Они выключили рубильник именно на верхнем этаже, не на нижнем», – рассказывает Урганаев.


 Кубачинский комбинат. Фото: Екатерина Нерозникова

Сейчас комбинат уже не охраняет пожилой сторож – этим занимаются молодые люди, и они работают посменно, уверяет Урганаев. «Но они охраняют именно здание комбината. Отдельной охраны у музея нет. Дело в том, что музея нет как такового – это же комната образцов изделий. Все просто говорят, что это музей. Но если бы это был зарегистрированный музей, то там была бы и отдельная охрана, и отдельный штат, и экспедитор, и так далее. Но этот музей просто сам вырос на базе комбината. Экспонаты приносили обычные люди, члены художественной артели», – пояснил замдиректора комбината.

Они вырубили автоматы, поэтому ни сигнализация, ни видеокамеры не работали. Видимо, они знали, что питание обеспечивается от внутренней сети

Наших сотрудников все время вызывают на допросы. Работа ведется, но никакой информации, которая могла бы нас обрадовать, до сих пор нет. Никого пока не обвиняют и не подозревают. Мы все ждем одного звонка – о том, что похищенное найдено», – сказал Урганаев.

С версией Урганаева не согласны некоторые осведомленные кубачинцы. Они утверждают, что в последний год ни сигнализация, ни камеры на комбинате не работали. Узнать, правда ли это, на данный момент не представляется возможным. 

«Что мы можем?»

«К великому сожалению, никакой новой информации по ограблению нет», – сказал КАВПОЛИТу глава администрации села Кубачи Абдусалам Куртаев. Следственные мероприятия непосредственно в Кубачи уже закончились – в течение четырех дней полиция обследовала комбинат и близлежащую территорию, но не нашла никаких следов грабителей.

«На выезде из села и района до сих пор дежурит полиция. Наверное, будут дежурить, пока не добьются хоть каких-то результатов», – предполагает он. Есть версия, что украденные ценности могли быть вывезены и спрятаны в каком-то из близлежащих сел.

«Но это одно из предположений. Вариант, что все вывезено за границу, мы тоже не отбрасываем. Ограбление произошло ночью, между 12 и 3 часами. До утра у них было достаточно времени. Самая ближайшая к нам граница – это Азербайджан (поездка на машине занимает около 4 часов). С азербайджанской стороной мы сразу связались. Не знаю, насколько они грамотно проводят мероприятия по розыску и проверке пересекающих границу машин, но главное – они в курсе. Думаю, они относятся к этому ответственно», – говорит Куртаев.

Украденные ценности могли быть спрятаны в каком-то из близлежащих сел, но версию с их переброской за границу тоже прорабатывают

Абдусалам Куртаев рассказал, что в ночь ограбления вахту нес один сторож – мужчина 50-ти лет. Старенькая бабушка, которую мы застали на комбинате в 2015 году, тоже продолжает работать, но исключительно днем.

 Цех кубачинского комбината. Фото: Екатерина Нерозникова

Глава села не ожидал, что поиски займут столько времени. «Я-то думал, что обязательно найдут все в течение недели. Народ возмущается, все взволнованы, постоянно спрашивают, что можно сделать. Но что мы можем? Мы же не можем вмешиваться в следственные действия. Никаких новостей, никаких подозрений пока для нас нет», – с сожалением рассказывает он.

Абдусалам Куртаев: Мы будем ходатайствовать об организации полноценного музея

Такая ситуация теперь уже точно не повторится, уверяет Куртаев. «Мы предпримем все возможное. Мы будем ходатайствовать об организации полноценного музея. Может быть, при комбинате – там немало свободных корпусов. Будем обращаться в министерство культуры, в Минимущества», – говорит глава села.

Проклятие Надир-Шаха

Надежд на то, что кубачинские сокровища будут найдены, с каждым днем становится все меньше. Если экспонаты были сразу вывезены за границу, то сейчас они уже пополнили чью-то частную коллекцию.

Предположений о том, что кто-то мог желать саблю Надир-Шаха, множество. Много звучит и слов сожаления о других, безусловно значимых утраченных экспонатах.

Но никто на дает ответа на главный вопрос – как так вышло, что три комнаты ценностей столько лет были без должного присмотра? Если сабля и правда принадлежала Надир-Шаху и была так важна не только для республики, но и для всей страны, почему ее просто оставили лежать за дверью комнаты на четвертом этаже почти неработающего комбината?

И сколько еще в Дагестане таких, никем не охраняемых сокровищниц?

0 Распечатать
Наверх