21 сентября
11 декабря 2015 3045 0

«Нет» референдуму, или концерт Тимати

В Армении прошел конституционный референдум. Оппозиция не согласна с его итогом. Раффи Ованнисян вывел людей на митинг
Фото: ntv.ru
Фото: ntv.ru

usahlkaro Надана Фридрихсон международный обозреватель

Специалист по информационной безопасности Тигран Кочарян рассказал КАВПОЛИТу о конституционном референдуме, уличных протестах, глупостях Раффи Ованисяна и концерте Тимати.

— В Армении прошел конституционный референдум. Имели ли место фальсификации?

— Центральная избирательная комиссия уже назвала цифру: 63% проголосовали за реформу. Имели ли место фальсификации? Естественно имели, потому что государство использовало свой административный ресурс для того, чтобы провести этот референдум.

Но вопрос тут в том, что та оппозиция, которая противодействовала этому референдуму, показала полную свою неэффективность. И фактически один из итогов референдума, того, как он так прошел, – это демонстрация слабости нынешней оппозиции, которая не создала рычагов противодействия административному ресурсу.

— Это правда, что на часть армянской общественности было оказано давление? Например, на служащих в армии?

— По каждому факту надо разбираться конкретно. По некоторым фактам заведено уголовное дело, работают и полиция, и Следственный комитет. Если я не ошибаюсь, уже арестованы один или два достаточно высокопоставленных чиновника, которые участвовали во всем этом. На некоторых участках будет пересчет, сейчас этим занимаются.

Но проблема и в том, что те же гражданские активисты сработали гораздо лучше, чем партийная оппозиция. И фиксировали в основном нарушения гражданские активисты. Однако не на всех участках удалось обеспечить присутствие наблюдателей, а также членов избирательных комиссий от оппозиционных партий.

И на тех участках, на которых они не присутствовали, там обычно голосовали за референдум... На тех участках, где был оппозиционный контроль (особенно это касается Еревана и Гюмри), либо половина на половину, либо процент «нет» больше.

Обычно в сельской местности в Армении голосуют так, как нужно властям, а в городах обычно оппозиционность выше

Это связано с тем, что нужно учитывать (да и президентские выборы это показали), что обычно в сельской местности голосуют так, как нужно правительству, местным властям, а в городах обычно оппозиционность выше.

Поэтому оппозиции на будущее надо начинать работать в сельских местностях. Потому что там все друг друга знают и все уважают старосту. Староста говорит: голосуем за этого человека. И за него голосуют.

Это на заметку будущим оппозиционерам, которые планируют серьезно заниматься политикой в Армении, – надо учиться работать в сельских местностях республики.

— А почему старосты в в сельских местностях призывают голосовать так, как хотела бы власть?

— Как правило, они члены республиканской партии. И так или иначе, но они призывали голосовать за то, к чему призывает, предположим, руководитель их партии. Это пример партийной дисциплины.

— Вы сказали, что идут разбирательства о голосовании. Двое чиновников арестованы. Возможно ли, что власть признает наличие фальсификаций? Это нетипичная ситуация была бы…

— На всем постсоветском пространстве я еще не видел ни одного государства, где власти не пытались бы применить административный ресурс. Вопрос в том, насколько этому хорошо противодействует оппозиция, насколько она консолидирована и насколько она может, во-первых, мешать применению административного ресурса, а во-вторых, заставить признать какие-нибудь выборы или референдумы недействительными. Это вопрос всего постсоветского пространства, не только Армении.

Специалист по информационной безопасности Тигран Кочарян. Фото: gulustan.info

— Возможно ли, что под давлением общественности власти откажутся от итогов референдума?

— Не думаю. Удручающее состояние армянской оппозиции тому виной. Приведу пример.

Как я уже сказал, на избирательных участках не хватало наблюдателей. А после того, как участки закрылись, 500-600 человек (и это максимум, что смог собрать Раффи Ованнисян) начали ходить по Еревану, кричать какие-то кричалки и так далее. Вот эти 500-600 человек – они могли бы быть наблюдателями на 300 участках. Но им лучше поорать, чем поработать.

В том составе, в котором находятся оппозиционные партии, я не вижу никакого политического ресурса, чтобы опротестовать или поставить под угрозу результаты референдума. В будущем есть политические лидеры – тот же Никол Пашинян, который не участвовал во всех этих «да» и «нет». Но они нацелены на 2017 год. И они уже конкретно знают, что будут делать.

​Оппозиция в Армении – политические импотенты. И народ выступает против власти, а не вместе с оппозицией

Нынешняя же оппозиция – самая удобная за все время армянской независимости. Эти люди политические импотенты в смысле оппозиционности. Так что оппозиционно-настроенный народ, который голосовал против референдума, – они голосовали против власти, а не вместе с оппозицией.

— То есть Ованнисян сейчас машет кулаками после драки?

— Да. Ованнисян сделал самую несерьезную вещь, которую только можно было сделать. То есть человек, который 20 дней убеждал людей идти голосовать против референдума, пришел на выборы и демонстративно, артистически порвал свой бюллетень и бросил в урну.

Одна из выборных технологий заключается в том, что если ты рвешь бюллетень, то очень возможно, что вместо тебя могут кинуть какой-то бюллетень «за». Иначе говоря, желательно, чтобы человек приходил и голосовал, чем бойкотировал и рвал бюллетени.

И по реакции соцсетей я могу сказать, что поступок вызвал недоумение даже у его сторонников.

— Но все-таки Ованнисян опытный политик. Он порвал бюллетень по глупости или специально себя слил?

— Он очень любит такие артистичные, эпатирующие действия. Наверное, когда он увидел вокруг себя камеры, то опять решил выпендриться. То есть повыпендривался один раз и снова слился.

И вполне вероятно, что в результате его этого шага было достаточное количество недействительных бюллетеней, когда люди писали все что угодно, рвали бюллетени и так далее.

В Армении молодежь известна политической активностью, но часть из них устала от происходящего

Поэтому я говорю: лучше бы они вместо того, чтобы выводить людей на улицы и выкрикивать лозунги, направили бы их на избирательные участки, чтобы они смогли контролировать ход голосования и ход подсчета.

И еще один факт был: где-то в 20:00, когда закрыли участки, в Ереване был концерт Тимати, и огромное количество молодежи пошло туда. То есть несколько тысяч молодежи активной, которая по идее должна была голосовать или следить за ходом голосования, предпочли концерт Тимати.

— В российских СМИ писали, что на митинг вышли 3000 человек. Это несколько не совпадает с тем, что кто-то потом ушел на концерт, а у Ованнисяна низкий рейтинг.

— Да не было там 3000 человек, было около 300 человек.

— То есть 3000 – это вранье?

— Это вранье, да. В 20:00 после выборов на площадь пришли от силы 200-300 человек, больше не было. В целом в Армении порядка 400 тысяч человек говорят власти «нет» сегодня. Но это не значит, что эти 400 тысяч человек обязательно отдадут свой голос Ованнисяну.

— Ованнисян известен своими связями с США. Возможно ли, что внешние силы попытаются обуздать эти протестные настроения? Может, не через Ованнисяна, а через другого оппозиционного деятеля?

— Если говорить про США, совсем не очевидно, что 400 тысяч человек – это проамерикански настроенные люди. Потому что в Армении до сих пор (и все последние опросы это показывают) подавляющее большинство населения лояльно к России. То есть вполне можно быть пророссийски настроенным, но быть против действующей власти.

— А почему большинство граждан Армении настроены пророссийски? Саргсян взял такой курс во внешней политике, но это ничего пока не дало Армении, кроме проблем.

— Проблемы могли бы быть намного больше, если бы Армения не присоединилась к Таможенному союзу. Мы понимаем, что могла бы сделать Россия в случае иного выбора Армении. Например, запрет коньяка, депортация армян, нелегально работающих в России, поднятие цен на газ и т.д. То есть потерь было бы намного больше от невступления.

— То есть из двух зол наименьшее выбрали, получается?

— В принципе, да. Но в то же время мы выбрали то направление, которое гарантировало безопасное существование Армении. А на данный момент гарантию безопасности Армении от той же Турции давала именно Россия. И поэтому выбор был сделан однозначно по безопасности и только потом по экономике.

И поэтому Армения состоит в экономических и военно-политических союзах с Россией. Потому что здесь очень хорошо понимают, что на данный момент из этих больших игроков только Россия заинтересована в сохранении безопасности и существовании Армении.  

— Россия сейчас, очевидно, особенно заинтересована в Армении, в том числе из-за конфликта с Турцией, и не намерена ее терять. Но РФ видит, что большинство граждан Армении все-таки выступают против нынешних властей. Возможно ли, что Москва постарается как-то поспособствовать тому, чтобы Саргсян и его команда ушли из правящих верхов?

— Не думаю. Во-первых, Саргсян – компромиссная фигура для стран, которые играют в этом регионе – для России, для Европы, для Америки, для Ирана. Это человек, который может находить язык со всеми этими большими игроками. А значит, внешнего толчка на его смену пока что не предвидится.

И в принципе – по крайней мере, для России – Саргсян ведет себя предсказуемо и намного понятнее, чем, предположим, остальные лидеры постсоветских государств. Поэтому резона менять Саргсяна нет.

Но в принципе – не знаю, мое ли это дело советовать России, – но работать с другими партиями тоже было бы неплохо.

— Тогда получается страшная вещь. Выходит, мнение этих 400 тысяч человек никем не учитывается – ни Россией, ни властями, ни оппозицией. Получается, оно вообще никому не интересно?

— Естественно, что мнение этих людей учитывается. Например, в прошлый раз Гюмри где-то процентов на 70 проголосовал за Ованнисяна. И на протяжении этих двух-трех лет достаточно много работы было проведено в Гюмри, чтобы как-то смягчить позицию населения.

С нынешней оппозицией власти научились контролировать и уличные протесты, и внутренние протесты в Армении

Однако Гюмри опять проголосовал против референдума, но разрыв был намного меньше. Была проведена определенная работа в плане решения социально-экономических и прочих проблем.

Я опять с уверенностью могу сказать, что власти научились контролировать и уличные протесты, и внутренние протесты. Потому что среди оппозиции на данный момент нет реального лидера, который может повести за собой большое количество народа.

— То есть по сути единственное, что пока спасает власти Армении, это отсутствие яркого харизматичного оппозиционера?

— Я не могу сказать, что это спасает власти Армении. Я опять говорю, что власти Армении достаточно уверенно контролируют ситуацию в стране. И, так скажем, за двадцать с чем-то лет этот государственный аппарат научился очень хорошо работать и маневрировать по обстановке, чего нельзя сказать об оппозиции.

— В Армении сегодня власти стали затачивать более остро общественное мнение на общего врага – Турцию, на нагорно-карабахский вопрос… Идут ли какие-то обещания, что Россия сейчас поквитается с Турцией и поможет Армении? Или что РФ введет уголовную ответственность за непризнание геноцида армян?

— Нет. Есть ожидания общества, но чтобы власти манипулировали этими ожиданиями – такого нет. В Армении очень хорошо понимают, что если будет конфликт между Россией и Турцией, на первом рубеже обороны окажется Армения.

— Митинги продолжатся?

— Митинги пойдут по затухающей, потому что с 15 декабря вся Армения погрузится в предновогодние ожидания, праздники, покупки и т.п. Новый год – более сильная традиция, чем референдум.

— По поводу Нового года: год назад, когда российский рубль резко обвалился, это очень сильно сказалось на Армении. То же может повториться и в этом году. Цены опять взлетят, уровень жизни резко снизится. И это может стать почвой для продолжения митингов...

— У нас умный народ, запасливый, все уже заранее подготовились. Так что в последние дни будут докупать просто по мелочи.

Новый год – более сильная традиция, чем референдум

Так скажу – даже в долги залезут, но хорошо отметят Новый год. То есть Армению напугать экономическими кризисами достаточно трудно, потому что мы видели и худшие времена. Да и кроме того, по социалке вообще трудно выводить людей на улицу

— Предновогодний рост цен – это не повод вывести людей помитинговать?

— Это не тот повод, чтобы люди вышли на улицы. У нас, как и у многих других, просто традиция – как встретишь Новый год, так его и проведешь, и многие заранее готовятся к этому.  

0 Распечатать

Наверх