28 февраля 3081 0

Дикалу Музакаев: Сейчас мое детище - это Государственный ансамбль танца Азербайджана, который я очень люблю

Народный артист России, хореограф Дикалу Музакаев
Народный артист России, хореограф Дикалу Музакаев

Народный артист России Дикалу Музакаев вот уже второй год живет и работает в Азербайджане. В Баку известного чеченского танцора и балетмейстера пригласили руководить главным танцевальным коллективом страны – Государственным ансамблем танца Азербайджана.

У Дикалу Музакаева огромный опыт: он долгие годы был художественным руководителем ансамблей Чечни и Ингушетии, а в последние годы занимал пост министра культуры Чеченской Республики. С Государственным ансамблем танца Азербайджана у Музакаева также связаны большие надежды. Когда коллектив представит новую программу и что ждет зрителя – с этими вопросами «Москва-Баку» обратился к известному балетмейстеру. 


- Как получилось, что вы стали руководить ансамблем танца Азербайджана? 

- Несколько лет назад, когда я еще работал министром культуры Чеченской Республики, со мной на связь вышел министр культуры и туризма Азербайджана Абульфас Гараев, который предложил мне приехать в Баку и посмотреть работу Государственного ансамбля танца. Но тогда из-за загруженности я не смог принять это приглашение. Знаете, я был назначен министром культуры в сложные для Чечни годы, когда ее поднимали буквально из руин. В этот тяжелый период я работал в команде Главы Чеченской Республики Рамзана Кадырова, и нам многое удалось сделать. Мы по федеральной целевой программе сдавали друг за другом важные объекты для учреждений культуры: здания Национальной библиотеки, Государственный национальный музей, районные дворцы культуры. В целом было сдано около 40 объектов капитального строительства, столько же учреждений капитально отремонтировано, и в такой напряженный период выехать куда-то было очень сложно. 



В конце 2013 года я ушел с должности министра культуры. В Азербайджане об этом узнали и вновь предложили приехать. Я не сразу принял это предложение. Полтора года изучал азербайджанские танцы, просматривая всю имеющуюся информацию. Я слушал национальную музыку, мне нужно было вникнуть в нее, чтобы прочувствовать. 15 октября 2015 года я приехал в Баку и мне показали коллектив Государственного ансамбля танца Азербайджана, который выступал с полной программой концерта на сцене Филармонии. После завершения просмотра, нужно было высказать свое мнение о профессиональном уровне коллектива. Я сказал, что, во-первых, ансамбль не может танцевать на сцене Филармонии, потому что это сцена для музыки, а не хореографии. Во-вторых, отметил, что у Азербайджана богатая музыкальная и танцевальная культура, однако на сцене я этого не увидел. Не было ни синхронности в выступлении артистов, ни чистоты исполнения танцевальных па, а это указывало на отсутствие профессиональной школы народно-сценического танца. Чтобы понять причину, нужно было побывать на репетиции коллектива, посмотреть, как и на каком уровне поставлен рабочий процесс, дисциплина и организация труда. Министерство культуры и туризма Азербайджана настояло на том, чтобы я переехал в Баку. Я согласился, и уже через месяц присутствовал на репетиции ансамбля. Посмотрел один день, второй, и честно скажу, был немного огорчен. Работа коллектива была поставлена непрофессионально: помимо слабой дисциплины, исполнение классического тренажа было не в полном объеме, отсутствовало исполнение аллегро. Я спрашивал у танцоров, почему вы не делаете прыжки, а они удивлено пожимали плечами. А ведь классика является основой любой хореографии, будь это народный или эстрадный танец. Не имея классической подготовки, которая дает «грамматику» танца, нельзя переходить ко второму этапу – изучению народного танца, в противном случае это будет несовершенный продукт. 



- Итак, вы решились взяться за систематизацию профессиональной школы азербайджанского танца… 

- Нет школы – нет системы, нет перспективы. Если школа танца отсутствует, то тогда получается полный раздрай, в каждом коллективе одни и те же основные элементы национального танца исполняются по разному. Я начал работать, осваивать с коллективом основы классического танца, только после этого мы перешли к совершенствованию методики исполнения азербайджанского танца. Артисты ежедневно проходят основные элементы народно-сценического танца – постановку корпуса, манеры, правильный взгляд, координацию движений рук, ног и головы. Это и есть школа, которая в будущем позволит нам выйти на уровень академического исполнения. 



В данный момент мы систематизируем школу азербайджанского танца. Есть определенные каноны, по которым исполняется «Шалягой», «Газахи», «Терякямя» и другие. Основные элементы, а так же характер и манера исполнения этих танцев в дальнейшем должны браться за основу всеми творческими коллективами страны. Я взял за основу методику и систему работы Ансамбля народного танца имени Игоря Моисеева – он считался первым не только в СССР, но и в мире. В фольклоре многих народов были пляски, хороводы, но именно Моисеев их первым поставил в народно-сценической форме. Я вырос на его школе, которая признана в мире самой совершенной и хотел бы, чтобы ансамбль танца Азербайджана также развивался по системе Моисеева. 



- Что еще нужно для совершенствования Ансамбля танца Азербайджана? 

- Создать при нем школу-студию танца. В данный момент в ансамбль попадают люди из разных творческих коллективов, Академии хореографии или Колледжа хореографии. Все они имеют разный уровень подготовки, и, к сожалению, не самый лучший. Поэтому ансамбль должен сам готовить для себя танцоров. Тому вновь яркий пример ансамбль Моисеева – у них в студии выпускники порою танцуют лучше, чем артисты основного состава. Просто бери каждого из них и сразу ставь в программу, настолько они совершенны! А что дает это совершенство? Строгая дисциплина, грамотное преподавание и то, что они работают именно по школе танца Моисеева. 
К сожалению, многие азербайджанские танцы ушли в забвение, а ведь когда-то их ставил мэтр хореографии Алибаба Абдуллаев. Этот человек является основоположником народного сценического танца Азербайджана. Сейчас мы взялись за его наследие, восстановили и включили в новую программу 5 постановок Алибабы Абдуллаева – «Бахар», «Нялбяки», «Тярякямя», «Гавал» и «Гянджлик». Это прекрасные танцы, мастер в свое время талантливо над ними поработал. 

- Получается, что профессиональная школа танцев все же была у Азербайджана? 

- В последние годы прослеживался некий застой в развитии профессионального народно-сценического танца. Я человек независимый, могу объективно оценивать ситуацию со стороны. Министр культуры и туризма Азербайджана всегда просит меня говорить правду, какой бы жесткой она не была. Ведь не зная реальной ситуации, не будет возможности исправить ее. Безмерно рад, что Министерство культуры серьезным образом взялось за творческое развитие ансамбля, так же хочу выразить признательность за поддержку и оказываемую помощь. 

- Скажите, а как в ансамбле приняли ваши новшества? 

- Не скажу, что все легко давалось. В первое время было очень тяжело, как мне, так и коллективу. Но я легко не сдаюсь и благо, что Минкультуры всегда были на моей стороне. Они хотели видеть работу коллектива на высоком уровне. Это естественно, что артисты, которые много лет работали по одной системе, не понимали нового человека, который предъявлял к ним высокие профессиональные требования. Поэтому мне нужно было в корне изменить всю систему – отношение артистов к своим обязанностям, организовать высокую дисциплину труда. Я понимаю, что некоторых людей не устраиваю, но меня это мало беспокоит. Меня больше волнует, как к этому делу относятся преданные и любящие свою работу люди. Всегда беру за барометр лучшую часть коллектива, ради которого все и делаю. 

- В ансамбле много участников? 

- Мало, чему я был крайне удивлен. В Чечне у меня было 4 госансамбля. Только в ансамбле «Вайнах» работали 150 человек, а тут оказалось в два раза меньше. К тому же, там у нас была прекрасная материально-техническая база, хорошие зарплаты у танцоров. Может быть, поэтому они лучше танцевали (смеется). 

- Обо всем этом с министром Абульфасом Гараевым говорили? 

- Все изменения произошли благодаря инициативе и поддержке министра культуры. 



- А что конкретно изменилось за прошедшие полтора года? 

- Нам выделили новый зал, полностью обновили костюмы ансамбля. В министерстве стараются выполнить каждую нашу просьбу. Они поверили мне и коллективу, пошли на встречу и теперь ждут ответного шага от нас. Мы же, в свою очередь, обещаем представить им скоро новую концертную программу. 

- Когда будете готовы? 

- 3 марта будем сдавать концертную программу Минкультуры. Кстати, концерт завершится одноактным балетом «Кероглы». 

- Это ведь будет первый национальный балет, поставленный ансамблем в Азербайджане? 

- Такого не было не то что в Азербайджане, но и на всем Кавказе. Я решил идти в «ва-банк» – изменить не только концертную программу, но и поставить национальный балет. У Азербайджана богатая национальная музыка, и этим обязательно надо воспользоваться! Когда я думаю о национальных танцах, то всегда смотрю на истоки. Мне нужно видеть этнографические коллективы, пускай у них не такая совершенная техника исполнения, но там чувствуется душа, характер народа, традиции, вот что мне нужно. Я попросил Минкультуры организовать мне экспедицию в Нахчывань, и признаюсь, был восхищен их фольклорными коллективами. 

Знаете, каждый народ делает акцент на одном из видов искусств и это говорит о его ментальности, духовной культуре. У немцев это классическая музыка, итальянцы – поющий народ, а какая красота танца у испанцев! 

- А как насчет азербайджанцев? 

- Азербайджан поразил меня своей музыкой. Сначала я ее не понимал, она казалась мне слишком сложной, потому что у северокавказских народов музыка попроще, она сразу запоминается, имеет яркий танцевальный ритм. Но когда я стал вникать в азербайджанскую музыку, изучать ее, то она стала мне нравится, да так, что иногда трогает до глубины души. И только после этого я смог ее ставить. Ведь пока не почувствую эту музыку, пока не захочу сам встать и танцевать под нее, я ничего хорошего не смогу сочинить. Недавно я начал ставить танец ширванских ашугов. Я так прочувствовался услышанной мелодией, что неподготовленным зашел в зал и буквально за одну репетицию поставил полтанца. У меня все спрашивали, муаллим, откуда вы брали эти движения, как придумали? Я ответил, что мне это музыка подсказала, разве это не ваше? Они отвечают – наше. А ведь надо было только прочувствовать музыку! Знаете, человек сначала должен созреть душой, и только потом приступать к творчеству.




- В Азербайджане проживает много народов – талыши, лезгины, аварцы, ингилойцы. Есть планы включить их танцы в репертуар ансамбля? 

- Вот вы сейчас попали в точку! Я говорил с министром об этом, непременно хочу посвятить одно отделение концертной программы танцам народов Азербайджана. Это обогатит репертуар ансамбля, и, конечно же, покажет богатство национальных культур страны. Думаю, руководству это понравится, они этого ждут и хотят от нас. А в будущем я хотел бы составить еще одно отделение, посвященное танцам народов Кавказа. 


- Вы ведь танцор не в первом поколении? 

- Музакаевы и Дидиговы, – пожалуй, это самые большие танцевальные династии среди вайнахов. Брата моего дедушки Музаки Малсаг знало все старшее поколение Чечни. Люди специально шли на свадьбу, чтобы посмотреть, как он танцует. А он начинал делать движения, еще сидя на лошади, в белой бурке и папахе. Сделав один круг на лошади, он сходил с нее, оставлял бурку и выходил танцевать на середину с самой красивой девушкой. Сейчас среди Музакаевых танцую я, а также мой сын, который уже три года работает в ансамбле Моисеева. Танцует и моя супруга Мадина. Она из династии Дидиговых, вся ее семья – отец, мать, сестра и она сама – народные артисты Чеченской республики. 

- А с супругой вместе выходили на сцену? 

- Много раз. Она была моей партнершей на сцене, когда мы еще не были женаты. Оттуда я ее и взял замуж (смеется). 

- Как часто ездите в Чечню? 

- Раньше каждый месяц ездил, 25 дней работал без выходных, потом брал 5 дней отгул. Семья живет в Чечне, они ко мне тоже иногда приезжают. Для меня семья – это святое, не могу ее беспокоить переездами. Они и так у меня в войну настрадались... 

Я прожил в Чечне насыщенную жизнь. Было тяжело, но в тоже время прекрасно. Я честно отдал все силы своему народу, сделал все что мог, и в тяжелое время был рядом с ним. Ансамбль «Вайнах» был полностью разрушен, не осталось ничего и никого, кроме нескольких артистов, уставших от войны. Мы возродили «Вайнах» заново, 13 лет я руководил им. Затем поставил первую концертную программу в Государственном ансамбле народного танца Ингушетия, которым руководил ещё 5 лет. 

Сейчас мое детище – это Государственный ансамбль танца Азербайджана, который я очень люблю. Среди участников этого коллектива есть патриоты, люди, которые сердцем и душой хотят, чтобы ансамбль процветал. Я дал себе слово, быть в Азербайджане предельно объективным и сделать все для того, чтобы национальный танец развивался. Азербайджанцы – танцующий народ, так будет всегда. 

 
 
 
 
 

Автор: Лейла Мурад
1 Распечатать

Наверх