25 февраля 2014 2601 0

«Князьки» дербанят Кавминводы

Вся подноготная «мусорного» бизнеса в курортном регионе
Фото: vesti.karelia.ru
Фото: vesti.karelia.ru

usahlkaro Антон Чаблин политолог, журналист

Мусоросжигательный завод в Пятигорске – это бомба замедленного действия, которая не просто готова вот-вот взорваться, но и уже тридцать лет отравляет весь регион. Это прекрасно понимают экологи, чиновники и даже бизнесмены. Но ничего делать для модернизации опаснейшего производства не намерены, ограничиваясь лишь общими фразами: «Давайте!», «Надо!» и «Будем!».

Дело в том, что мусорозавод – это вотчина влиятельных людей, которые со своим барышом расставаться не хотят. Так же, как и десятки тех, кто «крышует» полигоны ТБО и несанкционированные свалки, разбросанные по всем Кавминводам. Ведь из отходов здесь можно беспечно ковать золото.  

И прагматики, и популисты

На минувшей неделе в администрации Ессентуков состоялся «круглый стол» на тему «Города-курорты Кавказских минеральных вод – национальное достояние России», организованный Всероссийским экологическим движением «Зеленая Россия». Наверное, столь представительного экологического форума Кавминводы не видели никогда. Бывало, конечно, что «природоохранную» тематику эксплуатировали здесь липовые правозащитники или политики-популисты, но на сей раз всё было по-другому.

В зале заседания администрации собралось около сотни человек, начиная от краевого природоохранного прокурора, главы администрации Кавминвод и заканчивая краевыми и муниципальными депутатами. Жаль, только, значащаяся в программке мэр Ессентуков Лариса Писаренко мероприятие так своим посещением и не почтила (мэров других курортных городов вообще в числе приглашенных не было). Очень символично, знаете ли: депутаты, общественность, эксперты и прокуратура – по одну сторону баррикад, а муниципальные власти – по другую.

Ведь сейчас главная проблема Кавминвод – это отсутствие единого центра управления (наподобие того, что есть сегодня в Большом Сочи). Каждый ощущает себя полновластным царьком (ну или, если хотите, князьком), который делает в своей вотчине, что душе заблагорассудится. Заметно это, например, в случае с городскими лесами, которые существуют лишь на бумаге: денег на их содержание в местных бюджетах не имеется.

Главы муниципалитетов Кавминвод до сих пор не могут согласовать границы Бештаугорского заказника (общей площадью 18,4 тысячи гектара). Зато местные администрации с завидной регулярностью обнародуют проекты по застройке различных частей заказника: скажем, мэрия Пятигорска намерена застроить лесные территории, которые идут вдоль федеральной трассы «Кавказ». Как вариант решения «Зеленая Россия» предлагает собрать единый орган управления лесным хозяйством для Кавминвод (с сохранением существующей структуры лесхозов).

Мусор как золотая жила

Такая же катавасия, как и с городскими лесами, творится в сфере переработки отходов. Как и лесные насаждения, так и мусорные полигоны местные власти воспринимают исключительно в качестве легального источника почти неконтролируемых доходов. Масштаб этого «рынка» можно легко оценить: ежегодно на Кавминводах образуется 330 тысяч тонн отходов в год или около 1,5-2 млн кубометров. При среднем сложившемся тарифе на вывоз и утилизацию на ТБО такой объем «дает» более 100 млн рублей в год. Естественно, какой мэр не захочет «отщипнуть» кусочек от такого лакомого пирога.

Что касается переработки, то таких точек на Кавминводах сегодня четыре – это мусороперерабатывающие комплексы в окрестностях Ессентуков и Минеральных Вод, в станице Незлобной (Георгиевский район) и мусоросжигательный завод в Пятигорске. Имеется также небольшой мусорный полигон в Лермонтове, плюс к тому, вдруг захотели строить собственные мусорозаводы администрации станицы Суворовской и села Прикумского.

Есть еще порядка сотни несанкционированных свалок, разбросанных по многим населенным пунктам. Многие из них находятся прямо в бассейнах крупных рек, так что ядовитые вещества из мусора поступают прямо в подпочвенные воды, а затем в водоносные горизонты минеральной воды.

Но больше всего на «круглом столе» говорили о мусоросжигательном заводе (на нем перерабатывается до 40% образующегося на Кавминводах объема ТБО). Завод был создан в 1987 году на базе бывшей котельной с топкой на чугунных колосниках, не имеет никакой газовой очистки (за исключением примитивных пылеуловителей). Не стоит, видимо, лишний раз и говорить, что вся аппаратура, которая установлена на заводе, устарела и физически, и морально. О степени опасности этого завода говорит такой факт: спустя всего год после открытия его работа была приостановлена после того, как четверо рабочих отравились вредными газами, выделяемыми при сжигании мусора.

Эсэсовцы в белых халатах

При сжигании мусора образуется великое множество опасных веществ, в числе которых диоксины, фураны и фосгены. Фактически, получаемая зола относится к первому классу опасности – то есть она более опасна даже, нежели уплотненный мусор, который складируется на полигонах ТБО. 

твитнуть цитату
«То, что сваливается на головы жителей города, оказывается для них секретом, и разглашению не подлежит»

Диоксины – это те вещества, которые образуются при сжигании ПВХ и других хлорсодержащих веществ: один килограмм такого мусора выделяет в атмосферу до 50 мг диоксинов. Причем это настолько опасный яд (в тысячу раз сильнее цианистого калия), что даже европейские страны вообще отказались от ПДК-нормирования диоксинов. Проще говоря, этих веществ в природе быть вообще не должно! Причем их невозможно отфильтровать, а только нейтрализовать сразу после появления: они разлагаются при сверхвысоких температурах.

Диоксины являются канцерогенами, а некоторые исследователи считают, что гомосексуалы в человеческой популяции появляются именно в результате воздействия диоксинов на зародыш в утробе матери. Причем до последнего времени в Европе главным источников диоксинов являлись именно мусоросжигательные заводы. Скажем, знаменитый «мусорный кризис» в Неаполе в 2007 году начался именно после того, как в отходящих газах местного мусорозавода были обнаружены диоксины, в результате чего предприятие закрыли. Причем вместе с десятью молокозаводами, в продукции которых также были найдены следы диоксиновых соединений. 

твитнуть цитату
«Всемирный курорт КМВ и мусоросжигательный завод – несовместимы. Жители Кавминвод не должны болеть и умирать по чужому недоразумению!»

Диоксин накапливается в почве, где период его полураспада составляет десять лет. При этом на Кавминводах проводятся лишь атмосферные замеры содержания диоксинов, да и то лишь раз в год (проводит их Ессентукская зональная лаборатория качества). Как рассказал на «круглом столе» главный специалист института «Ленводпроект» Александр Цеховой, единичные замеры воздуха не могут дать никаких результатов, да и их результаты строжайше засекречены. «На ее [информации] конфиденциальность ссылался в ответах мне и Росприроднадзор, и Роспотребнадзор. То есть то, что сваливается на головы жителей города, оказывается для них секретом, и разглашению не подлежит», – говорит Александр Цеховой.

Оружие массового поражения

«Все ведомства ссылаются на то, что у завода есть лицензия, и ничего с ней не поделать. Но это чрезвычайно опасный и вредный объект, он подлежит немедленному закрытию! Всемирный курорт КМВ и мусоросжигательный завод – несовместимы. Жители Кавминвод не должны болеть и умирать по чужому недоразумению!», – убежденно говорил Александр Цеховой.

По его словам, модернизация мусоросжигательного завода не имеет и никакого экономического смысла. Завод не производит никакой энергии (не тепловой, ни электрической): нагретый пар выпускается прямо в атмосферу. И даже при том, что предприятие работает с перегрузкой (примерно на треть), ежегодно оно получает субсидию из краевого бюджета в размере около 50 млн рублей, чтобы покрыть плановые убытки.

По словам Александра Цехового, он внимательно изучил экологию других мусороперерабатывающих производств на Кавминводах и убедился в их неэффективности. Скажем, полигон в станице Незлобной работает по устаревшему проекту, разработанному дюжину лет назад. Цеховой считает, что единственный выход – это немедленно закрыть все свалки и полигоны в пределах Кавминвод. По его оценке, необходимо создать крупный и современный мусороперерабатывающий завод на 40-м километре автотрассы «Минеральные Воды – Александровское». ТБО, собираемые на территории крупных городов, свозятся на девять зональных мусороуплотнительных станций (компактеров). Здесь собранный мусор будет уплотняться в десять раз, что позволит снизить количество «ходок» мусоровозов, а значит, и тарифы на вывоз утилизацию мусора.

По расчетам Александра Цехового, общие затраты составит порядка 360 млн рублей: две трети из этой суммы пойдет на обустройство площадок-компактеров, а оставшаяся треть – на создание полигона. Причем при удачном стечении финансовых обстоятельств весь комплекс можно будет построить в течение трех-четырех лет. Правда, при одном условии: если местные кавминводские царьки не воспротивятся тому, что у них из рук уплывает такой огромный куш в виде «мусорных» денег.

Бесплатный трамвай до мышеловки

Впрочем, даже на «круглом столе» не все разделили предложения, высказанные Цеховым. Например, и.о. главы администрации Кавминвод Михаил Бондаренко считает, что оптимальный способ – это создание мусороперерабатывающего комплекса в Лермонтове. Во-первых, он находится в центре полукруга, образованного крупнейшими городами Кавминвод, то есть плечо доезда мусоровозов сюда будет минимальным, что скажется и на тарифе. Во-вторых, в Лермонтове уже имеется урановое хвостохранилище, земли которого можно использовать под захоронения образующихся отходов.

Подверг критике проект, предложенный Цеховым, и председатель «Зеленой России» Константин Курченков (он сам некогда возглавлял рабочую группу Госдумы по отходам производства и потребления). По его словам, уплотненный мусор невозможно переработать и извлечь из него вторичное сырье. Между тем на свалках на территории Кавминвод ежегодно безвозвратно теряется примерно 100 тысяч тонн макулатуры, до 30 тысяч тонн полимеров (полиэтилена и пластика), 20 тысяч тонн металлов, 15 тысяч тонн стекла и керамики – а все это можно было бы вернуть в хозяйственный оборот. Скажем, из строительного мусора (в том числе кирпичного боя и даже битых унитазов) можно делать гидравлический бетон высокой прочности.

Между тем у администрации Пятигорска – своя правда: они с завидной регулярностью презентуют все новые проекты модернизации мусоросжигательного завода. То канадских инвесторов отыщут, то израильских, то российских... И все предлагают некие сверхсовременные методики переработки мусора.

Правда, сами пятигорчане все эти предложения воспринимают со скепсисом, вспоминая своего бывшего мэра Владимира Шестопалова, избранного в 2004 году. Он был директором того самого мусоросжигательного завода и свою пиар-кампанию строил именно на идее его модернизации. Обещал запустить турбину, которая будет производить «дешевое» тепло и свет, за счет чего тарифы на вывоз мусора снизятся почти до нуля, зато по городу будет бегать бесплатный трамвай. Выборы Шестопалов выиграл, но турбину так и не построил. Ведь известно, где бывает бесплатный сыр. 

0 Распечатать

Наверх