19 октября
22 октября 2016 3771 0

Калмыцкое мясо становится всероссийским

Министр сельского хозяйства Калмыкии — о развитии животноводства в кризис

usahlkaro Николай Проценко журналист

Роспатент зарегистрировал товарный знак «Калмыцкое мясо», продвижение которого на российском и зарубежном рынке определено в качестве одного из важнейших направлений государственной политики в степной республике.

На сегодняшний день мясо из Калмыкии занимает довольно скромную долю в отечественном потреблении, но на ближайшие несколько лет ставится задача по внедрению в местном животноводстве интенсивных технологий, и это позволит значительно нарастить объем продукции, качество которой вряд ли нуждается в рекламе.

Пик авто москва автосалон отзывы. Если вы хотите узнать о компании больше, почитайте отзывы о ней на сайте allaboutall.biz. Здесь собрана база московских компаний самых разных сфер деятельности и объективные отзывы о них. Но и за те десять лет, которые прошли с того момента, как мясное скотоводство стало получать значительные объемы господдержки (в том числе за счет калмыцкой инициативы под названием «Мясной пояс России»), производство мяса в республике выросло в два-два с половиной раза.

Одновременно Калмыкия укрепила свои позиции в качестве одного из главных селекционных центров страны – мясной скот калмыцкой породы все более востребован в разных регионах России, вплоть до Якутии.

О перспективах развития животноводства в республике на ближайшие несколько лет КАВПОЛИТу рассказал министр сельского хозяйства Калмыкии Баатр Болаев.

Министр сельского хозяйства Калмыкии Баатр Болаев (второй слева) с участниками съезда калмыцких заводчиков племенного скота. Фото: РИА Калмыкия

Интенсификация импортозамещения

— Для многих москвичей и гостей столицы калмыцкое мясо ассоциируется с рестораном «Чабан Хаус» на Новом Арбате со смешными для Москвы ценами и при этом очень качественной продукцией.

Как сделать подобные рестораны, розничные сети массовым явлением, чтобы мясо из Калмыкии стало настоящим всероссийским брендом?

— Да, я и сам, когда бываю в Москве, всегда посещаю этот ресторан.

Калмыцкое мясо славится на всю Россию, и те, кто попробовал это мясо, уже ни с чем его не перепутают.

На программу «Мясной пояс России» было выделено крупное финансирование, и она продолжает работать, несмотря на кризис

Предприниматели, которые открыли «Чабан Хаус» в Москве, создали в Калмыкии мини-завод по переработке мяса и сейчас строят откормочный комплекс на 25 тысяч мест, то есть два раза в год будет откармливаться по 25 тысяч голов скота.

У них в планах — открытие примерно 25 таких же точек, как «Чабан Хаус», по всей Москве.

На кухне ресторана «Чабан Хаус» в Москве. Фото: gdebar.ru

— Но не по России?

— Пока нет, но работа в этом направлении ведется параллельно с формированием российского бренда.

По поручению главы республики Алексея Орлова совсем недавно был запатентован товарный знак «калмыцкое мясо», этим занимались министерства экономики и сельского хозяйства.



Бренд «Мясо с пастбищ» уже запатентован основателями «Чабан Хауса».

— Получится ли обеспечить бренд российского масштаба соответствующим количеством продукции?

— Конечно, тот объем мяса, который на сегодняшний день производит республика, недостаточен даже для обеспечения одной Москвы.

Для страны ежегодно необходимо около шести-семи миллионов тонн мяса, и наши 120-130 тысяч тонн в этом объеме как капля в море.

Есть большой интерес со стороны арабских стран к калмыцкой баранине. Они готовы брать ее, но это пока единичные случаи

У нас традиционно преобладало экстенсивное животноводство, но сейчас ставится вопрос о том, чтобы его интенсифицировать, то есть построить откорм-комплексы по интенсивному доращиванию молодняка крупного рогатого скота и овец.

Это позволит существенно увеличить присутствие калмыцкого мяса на российском рынке.

— Какова динамика производства мяса в Калмыкии за последние два-три года, с момента активизации политики импортозамещения?

— Мы ежегодно растем примерно на три-пять тысяч тонн, но этого, конечно, мало.

На сегодняшний день Калмыкия является регионом-репродуктором — у нас свыше 360 тысяч голов маточных коров, то есть мы производим молодняк, а Северо-Кавказский, Поволжский и Центральный регионы у нас его закупают и откармливают.



Задача состоит в том, чтобы часть этого молодняка мы откармливали у себя.

Для этого нам нужны инвесторы, которые готовы вложиться именно в постройку откормкомплексов.

Одним из таких инвесторов как раз и является компания «Калмбиф», развивающая сеть «Чабан Хаус».

Курс на кооперацию

— Несколько лет назад в Калмыкии начиналось строительство крупного мясоперерабатывающего комплекса, и его даже, кажется, построили, но пока в числе крупнейших предприятий Калмыкии его не значится. Когда это произойдет?

— Если это предприятие выйдет на полную мощность, то, думаю, даже объемов Калмыкии будет недостаточно — комбинат рассчитан на весь юг России.
Стране необходимо около 6-7 млн тонн мяса в год, и калмыцкие 120-130 тысяч тонн в этом объеме как капля в море

Предполагалось, что и Северо-Кавказский, и Южный округа будут поставлять мясо на этот комбинат, но из-за того, что оборудование для него закупалось за рубежом, подорожание доллара очень повлияло на сроки его ввода в эксплуатацию.

— Какие условия должны быть выполнены, чтобы предприятие все-таки заработало?

— Требуется новый кредит. Сейчас идет работа с Россельхозбанком по кредитной линии.

— Как вы думаете, правильно ли было изначально строить такое большое предприятие? Может быть, лучше было построить несколько мелких, чтобы уменьшить риски?

— Дело в том, что это предприятие строилось с учетом результатов мониторинга рынка поставок молодняка, откорму, логистике.


Именно Кетченеровский район, где построен комбинат, является в Калмыкии главным центром мясного скотоводства, поэтому была поставлена цель, помимо строительства перерабатывающего комбината, создать в близлежащих районах центры по доращиванию и откорму молодняка крупного рогатого скота, чтобы они поставляли сырье для комбината.

Также для этого предполагалось усовершенствовать кормовую базу в Октябрьском районе. То есть в радиусе ста километров все хозяйства должны были работать на это предприятие.

— Насколько я знаю, сейчас на убой и переработку очень многие калмыцкие животноводы возят скотину в Дагестан. Это нормальная ситуация для Калмыкии?

— Я бы не сказал, что возят на убой — скорее на доращивание.

Скот забивается в основном у нас, на ряде перерабатывающих предприятий Элисты и близлежащих районов.

Сельхозпроизводитель не учитывает ни девальвации, ни инфляции — у него либо есть выгода, либо нет

Но нам бы хотелось в каждом райцентре иметь небольшое перерабатывающее предприятие, так как доставка скота на бойню в другие районы за 200 и более километров для личных подсобных хозяйств нерентабельна.

В этом году, например, открыли в поселке Яшкуль такое предприятие, которое перерабатывает примерно 100 голов крупного рогатого скота или 700 овец за смену.

— Сколько в среднем будет стоить такое предприятие?

— Примерно 18-25 миллионов рублей. Я считаю, это не очень дорого. Мы должны понимать, что у крупных предприятий одна логистика, а у мелких другая, поэтому все-таки выгоднее было бы строить перерабатывающие комбинаты на местах.

Министр сельского хозяйства Калмыкии Баатр Болаев

— Если такая небольшая цена, почему тогда такие комбинаты не появляются массово?

— Сейчас, после кризиса, стало тяжело получить кредит, слишком много различных условий.

— В Калмыкии вообще много желающих заниматься животноводством? Люди ведь продолжают активно переселяться в города – в Элисту, Астрахань и другие. Есть ли в Калмыкии какие-то специальные программы для того, чтобы удержать население на селе?

— У нас есть несколько программ по материальной поддержке сельского населения — например, программы развития семейных животноводческих ферм и поддержки начинающих фермеров, в рамках которых мы выделяем субсидии и гранты.
В России уже делается неплохое оборудование для мясопереработки — интересно, что производится оно на оборонных предприятиях

Я думаю, это основные два направления, которые помогут удержать коренное население сел от переезда в город.

Еще можно добавить третье направление – это кооперация. Кооперативы у нас всегда были, но господдержка их началась только в 2015 году.

— В этих направлениях уже есть какие-то значимые успехи?

— Начиная с 2012 года, мы уже поддержали больше 600 начинающих и семейных фермеров, на следующий мы не планируем снижать объем такой поддержки.

— Своевременно ли субсидии доходят до животноводов?

— Да, в феврале-марте каждого года выделяются субсидии в полном объеме и без задержек.

Министр сельского хозяйства Калмыкии Баатр Болаев (слева)

— Ваши производители сталкиваются с проблемами входа в торговые сети? Все-таки хозяйства в Калмыкии небольшие, а сети часто требуют выполнения различных условий, непосильных для мелких производителей.

Вы можете как-то помочь им в этом? Например, в Элисте есть гипермаркет «Магнит» — там хорошо представлена местная животноводческая продукция?

— Нет, там в основном продается мясо из других регионов. Войти в сети нам пока еще действительно сложно, но как раз это и есть задача сельскохозяйственных кооперативов.

Один производитель с небольшим объемом продукции не может конкурировать с большими фирмами, а сельхозкооператив, объединив усилия многих таких хозяйств для выгодной реализации продукции — а объединяются до тысяч хозяйств, — уже является заметным игроком на рынке.

— Есть ли интерес к поставкам калмыцкого мяса за границу? Сейчас это вообще популярная тема, многие крупные агрохолдинги, например, недавно заключили с арабскими странами соглашения о поставках халяльного мяса.

— Да, есть очень большой интерес со стороны арабских стран к калмыцкой баранине. Они готовы брать ее, но это пока единичные случаи.
Очень большой интерес к калмыцкому скоту проявляет сегодня Монголия. У них скот низкорослый

У нас сами арабы работают — закупают молодняк и вывозят. Нам надо самим готовить этот молодняк, но там действительно особые условия — халяль.

Очень большой интерес к калмыцкому скоту проявляет сегодня Монголия. У них скот низкорослый, несмотря на одно с нашим происхождение, а у нас скот уже относится к культурным породам из-за активной селекции, естественного и искусственного отбора. Поэтому монголы готовы работать с нами для этого.

Мясной капитал страны

— Еще в прошлом десятилетии, когда Калмыкией руководил Кирсан Илюмжинов, был заявлен проект «Мясной пояс России», в котором предлагалось объединить усилия нескольких регионов со специализацией на мясном скотоводстве. Это проект в каком-то виде существует сейчас?

— Этот проект родился в 2005 году, когда здесь проходило заседание совета по развитию сельского хозяйства и животноводства с участием Владимира Путина.

Позже идея «мясного пояса» трансформировалась и была реализована в программе развития мясного скотоводства России на 2009-2012 годы, затем ее продлили до 2020 года.

В рамках этой программы, конечно, уже сделано очень многое — прежде всего, было выделено крупное финансирование, и сейчас она продолжает работать, несмотря на кризис.


Теперь в регионах, которые никогда не занимались скотоводством, уже появилось поголовье в одну, пять, десять тысяч голов мясного скота.

— А если сравнить калмыцкое поголовье с 2005 годом, насколько оно увеличилось?

— В два-два с половиной раза, и это хороший показатель. Больше наращивать поголовье мы пока не можем, потому что ограничено количество площадей для выпаса. Но в сторону интенсивности производства нам есть куда расти.

— Насколько велика валютная составляющая при переходе к интенсивному животноводству? В какой степенивы зависите от импортного оборудования и технологий?

— Я думаю, такая зависимость минимальна, так как неотечественное оборудование стоит только на комбинатах по переработке, а во всем остальном — например, в организации кормопроизводства и доращивания скота — мы прекрасно обходимся своими ресурсами.
Для увеличения поголовья калмыцкой породы необходимо осваивать территории Дальнего Востока, Сибири, где пастбища шире

Причем сейчас в России уже делается свое неплохое оборудование и для мясопереработки — интересно, что производится оно на оборонных предприятиях.

— Селекция у вас своя?

— Да, и она прекрасно развивается. Всероссийский НИИ животноводства сотрудничает с нашим НИИ сельского хозяйства и другими институтами, то есть все научные учреждения, которые занимаются селекцией, присутствуют.

— Если сравнивать калмыцкое мясо с такими знаменитыми породами, как абердино-ангусская или герефорд, то какова здесь сопоставимость с точки зрения потребительских свойств? Высок ли у калмыцкой породы потенциал замещения импорта?

— В России уже выращиваются ангусы отечественной селекции, поэтому нельзя говорить о вытеснении импорта.

Для увеличения поголовья калмыцкой породы необходимо осваивать территории Дальнего Востока, Сибири, где пастбища шире — там не надо интенсифицировать производство.

Например, в Якутию завезли калмыцкий скот, и он прекрасно адаптировался при их температуре минус 50 градусов.



Поэтому те регионы, где есть возможность высокоинтенсивного производства, у которых есть кормовая база, но нет пастбищ, занимаются герефордами, ангусами и другими подобными породами.

А те регионы, где есть возможность просто пасти скот, ориентируются на казахскую и калмыцкую породы, русскую кормовую, которые выдерживают сложные условия кормления и содержания.

— Как был организован процесс завоза в Якутию калмыцкой породы?

— Все началось с того, что к нам приехал министр сельского хозяйства Якутии Иван Иванович Слепцов, который заинтересовался калмыцким скотом. Под его руководством была разработана программа мясного скотоводства в республике, в рамках этой программы они инициировали завоз скота из Калмыкии.

Министр сельского хозяйства Калмыкии Баатр Болаев

Из Якутии прибыли специалисты, посмотрели скот со всей республики и отобрали себе поголовье.

В первый год мы завезли 600 голов и сразу договорились о технологическом сопровождении, потому что в Якутии никогда не занимались такой породой скота.

Наши специалисты три года жили в Якутии, пока там не научились работать с этим скотом.

— Другие регионы проявляют такой интерес?

— Да, более чем в 20 регионах разводится калмыцкий скот.

Активно закупает Казахстан — в прошлом году туда вывезли около 1200 голов, одна из агрофирм работает в сопровождении нашего специалиста, который учит местных животноводов работе с калмыцким скотом.

Также в прошлом году небольшое поголовье у нас закупил Азербайджан.
Если импортный скот обходится в 150-200 тысяч рублей за голову, то наша цена — 40-50 тысяч рублей

Очень много закупают калмыцкий скот Забайкалье, Бурятия, в прошлом году впервые закупили Ярославская, Тверская, Рязанская области, не говоря уже о наших постоянных покупателях — Самаре, Саратове, Астрахани, Ставрополе, Волгограде, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии. Все эти регионы давно занимаются калмыцким скотом.

— Насколько это прибыльно для Калмыкии?

— Слишком много на этом не заработаешь, так как поголовье нужно готовить, много скота уходит на мясо, на передержку — в результате племенного поголовья выходит в год от 3 до 3,5 тысячи голов.

К тому же мы не всегда повышаем цены. Если импортный скот обходится в 150-200 тысяч рублей за голову, то наша цена — 40-50 тысяч рублей.

Молодняк текущего года обходится примерно в 18 тысяч рублей, прошлогодние телки стоят 150-170 рублей за килограмм, а начинали продавать по 120-130 рублей.

Для сравнения, зарубежные телки продаются по 250-300 рублей за килограмм. В свое время ангус завозился из США, Канады, тогда сложились такие цены.
В мясном скотоводстве вложенные средства окупаются через семь-восемь лет, мы же только на третий год получаем теленка

У нас свое предложение и свои цены, мы на них не равняемся. Сельхозпроизводитель не учитывает ни девальвации, ни инфляции — у него либо есть выгода, либо нет, а мы работаем в рублях.

— Существует ли потенциал для увеличения племенного поголовья?

— Да, но все упирается в людей и финансы. В мясном скотоводстве вложенные средства окупаются через семь-восемь лет, мы же только на третий год получаем теленка. А в птицеводстве, например, реализация продукта идет уже через три-пять месяцев.

Министр сельского хозяйства Калмыкии Баатр Болаев

— Каков объем инвестиций в животноводство Калмыкии за последние годы?

— Ориентировочно четыре-пять миллиардов рублей ежегодно. С 2009 года пошла положительная тенденция, но в последние два года из-за кризиса объем инвестиций немного снизился.

Не всякий инвестор готов к нам приходить из-за нехватки «длинных» денег, хотя мы постоянно ищем инвесторов.

К нам регулярно приезжают делегации из российских регионов, из-за рубежа, например, из Китая и Казахстана, но пока из-за кризиса все в основном на уровне переговоров.

— У вас есть прогноз, в какой временной перспективе ситуация станет лучше?

— Я думаю, не раньше 2020 года.


0 Распечатать

Наверх