21 ноября
28 января 2017 3366 0

Я требую от прокурора, чтобы он от имени государства принес мне извинения

«За то, что пять лет я была вынуждена находиться в нервном, стрессовом состоянии»

usahlkaro Сапият Магомедова адвокат

Адвокат Сапият Магомедова, которая 17 июня 2010 года была избита сотрудниками специальной огневой группы патрульно-постовой службы в Хасавюртовском ОВД, куда пыталась пройти к своей подзащитной, потребовала извинений от прокурора от имени государства и 3,5 миллиона рублей компенсации за уголовное преследование. 

Напомним, подзащитная адвоката Магомедовой Малика Евтемирова –молодая женщина, которую преследовал сотрудник полиции Осман Хациев: срывал с нее украшения, заставлял сожительствовать с ним, торговать наркотиками, оружием. А когда она отказывалась это делать, избивал ее.

Более того, Хациев грозился «повесить» на Евтемирову совершенный в отношении него разбой. Девушка вынуждена была бежать в Чеченскую Республику, после чего ей стало известно, что ее якобы объявили в розыск. Позже выяснилось, что эта информация была вымыслом.

В день, когда она приехала в гости к родителям в Дагестан, на свадьбу брата, обидчик нашел ее. Несмотря на то, что Евтемирова с адвокатом сама собиралась посетить Следственный отдел, за день до запланированной встречи со следователем ее незаконно увезли в Хасавюртовский ОВД, устроив «маски-шоу».

Сапият Магомедова, которая приехала в ОВД к своей подзащитной, была увезена оттуда в бессознательном состоянии в ЦГБ Хасавюрта с множественными телесными повреждениями, включая черепно-мозговую травму. 

Малике Евтемировой, после того как ее трижды незаконно пытались заключить под стражу, пришлось уехать за границу, где ей удалось получить политическое убежище. 

В течение пяти лет я подвергалась уголовному преследованию, периодически обжаловала те решения, которые были приняты по делу, по которому я была признана обвиняемой.

Напомню, что Следственный комитет возбудил уголовное дело в отношении сотрудников и признал меня потерпевшей, но буквально на следующий день возбудил уголовное дело в отношении меня самой, привлекая меня в качестве обвиняемой.

В настоящее время уголовное дело, по которому я была признана обвиняемой, прекращено за отсутствием состава преступления.

Что касается сотрудников, в отношении них дело еще не завершено. К тому же один из обвиняемых погиб.

Если вернуться к событиям 17-го июня 2010-го года, я подверглась, мягко говоря, нападению со стороны сотрудников специальной группы, которые превысили должностные полномочия и выдворили меня из горотдела, применив физическое насилие, в результате которого я получила множественные ушибы головы, кровоподтеки и ссадины лица, рану подбородка, сотрясение головного мозга, ушиб груди, множественные кровоподтеки и ушибы рук и ног.

После этого я проходила лечение в различных больницах, в том числе в 31-й московской, где я перенесла небольшую операцию.

17 августа 2010 года я была вынуждена прервать лечение и вернуться в Дагестан, так как моя мать попала в реанимацию. Она и так была тяжело больна, а то, что случилось со мной, сложившаяся стрессовая и нервозная ситуация, дало осложнение ее болезни, так как ей нельзя было нервничать, переживать. К моему приезду она умерла. Я приехала фактически на ее похороны. В этой ситуации меня вызвали в Следственный комитет, сообщили о том, что я – обвиняемая по статье 318 (применение насилия в отношении представителя власти).

Сапият Магомедова: сложившаяся стрессовая и нервозная ситуация дала осложнение болезни моей матери

30 сентября 2010 года я явилась в СУ СК при прокуратуре РФ по РД на допрос, где следователь Баулов без всяких на то оснований избрал в отношении меня подписку о невыезде.

Я, естественно, обжаловала постановление о возбуждении уголовного дела и избрании меры пресечения. Жаловалась на незаконные действия следствия по данному делу и указывала, что данное дело было возбуждено в отношении меня только в целях оказания давления на меня, чтобы я согласилась примириться с сотрудниками и дать возможность прекратить дело в отношении них. То есть для торгов. Я, конечно же, на их торги не пошла, стала писать на них новые жалобы. И так прошли пять лет: в жалобах, в заявлениях, в судах.

17 января 2011 года Советский райсуд Махачкалы признал постановление следователя Баулова незаконным и обязал его устранить допущенное нарушение.

Осознание, что преступники так и уйдут от ответственности и не понесут даже минимального наказания за избиение женщины, адвоката, выполнявшего свой профессиональный долг, было мучительно переносить. Я испытывала чувства разочарования и незащищенности. Это прямо воздействовало на возможность осуществления мною работы в качестве адвоката. 

Осознание того, что преступники не понесут ответственности, было мучительно переносить

Я была на приеме в Следственном комитете республики, после того как там поменялся руководитель (вместо Касумбека Амирбекова был назначен Алексей Саврулин). Думала, что в его лице найду справедливость. Но он, хорошенько выслушав меня, на второй день возбудил еще одно уголовное дело в отношении меня по статье 319 (оскорбление представителя власти, находившегося при исполнении служебных обязанностей).

Я через суды добилась того, чтобы мне отменили подписку о невыезде по первому уголовному делу (по ст. 318), а за это время возбудили второе уголовное дело, вновь избрав меру пресечения в виде подписки о невыезде.

Как адвокат я была лишена возможности передвигаться, выезжать в служебные командировки. Единственное, куда мне удалось вылететь, – это в Чехию и Швецию для получения премий. Все остальное время я вынуждена была оставаться в Дагестане.

Сапият Магомедова: Алексей Саврулин, хорошенько выслушав меня, возбудил еще одно уголовное дело в отношении меня

В конечном итоге что сделали ответственные органы? 26 декабря 2011 года было вынесено постановление о соединении материалов уголовных дел в связи с тем, что «указанные преступления связаны между собой, в постановлении суда указано на необходимость их соединения».

28 декабря 2011 года было вынесено постановление о прекращении этого уголовного дела «в связи с отсутствием в действиях Магомедовой С.А., Магдиева Б.М., Моллаева Н.Х. состава преступления». То есть уголовное преследование прекратили как в отношении меня, так и в отношении сотрудников.

Я не могла с этим никак согласиться и продолжала писать жалобы, обжалуя все принятые решения. 

Длительное время я вообще не знала о существовании вышеуказанного постановления, следствие со своей стороны не поставило меня в известность о прекращении дела в отношении сотрудников. Узнав о прекращении дела, я также продолжительное время добивалась вручения мне заверенной копии постановления для его последующего обжалования.

Не согласившись с постановлением о прекращении уголовного дела в отношении сотрудников, избивших меня, я обжаловала постановление в Советском районном суде города Махачкалы.

Параллельно у меня была подана жалоба в Европейский суд по правам человека, поскольку расследование проводилось неэффективно и необъективно, и я понимала, что в конечном итоге прекратят дело против сотрудников.

Параллельно была подана жалоба в ЕСПЧ, поскольку расследование проводилось неэффективно и необъективно

21 июня 2013 года Советский районный суд Махачкалы РД вынес решение отказать в моей жалобе. Отказ я обжаловала в вышестоящей инстанции. Вышестоящая инстанция отменила решение суда первой инстанции. 25 октября 2013 года Советский районный суд Махачкалы вновь вынес решение отказать мне. 2 апреля 2014 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РД вынесла апелляционное постановление, которым постановила мою апелляционную жалобу удовлетворить, а постановление Советского районного суда от 25 октября 2013 года – отменить; признать постановление о соединении уголовных дел и постановление о прекращении уголовного дела от 28 декабря 2011 года незаконными.

26 августа 2014 года я обратилась в Следственный комитет РД и в Советский районный суд Махачкалы. Причина была в том, что, несмотря на многочисленные мои устные обращения, все ссылались друг на друга и не могли сообщить мне, что происходит с этим делом после отмены и какие были приняты меры для исполнения указаний апелляционного постановления.

Были одни отписки: СК ссылался на суд, а суд ссылался на СК.

Сапият Магомедова: были одни отписки – СК ссылался на суд, а суд ссылался на СК

Только 19 декабря 2014 года постановлением первого заместителя СУ СК России по РД генерал-майора Тугаева было отменено постановление о соединении уголовных дел и постановление о прекращении уголовного дела, и в этом же постановлении было указано «возобновить производство по уголовным делам, как в отношении сотрудников милиции, так и в отношении адвоката Магомедовой, направить дело для организации дополнительного следствия».

Через 4 года и 9 месяцев следователь по ОВД СУ СК России по РД Раджабов вынес постановление о прекращении уголовного преследования в отношении меня.

Сотрудникам ГОВД Хасавюрта было достоверно известно, что я находилась 17 июня 2010 года на территории ГОВД Хасавюрта законно, с целью осуществления защиты задержанной Евтемировой, с которой у меня было заключено соглашение на защиту ее интересов на предварительном следствии.

Адвокат: сотрудникам ГОВД Хасавюрта было известно, что я находилась 17 июня 2010 года на территории ГОВД законно

Я была подвергнута бесчеловечному и унижающему достоинство обращению со стороны сотрудников правоохранительных органов, призванных охранять и защищать права и законные интересы людей. Вместо этого они, необоснованно задержав мою подзащитную, совершенно незаконно не допускали меня – адвоката задержанной – в кабинет, где находилась моя подзащитная.

А на мои настойчивые требования соблюдать закон подвергли меня избиению. 

При новом уже расследовании началась новая волокита, но, в конце концов,  в отношении меня прекратили уголовное преследование по статьям 318, 319, разъяснив мне мое право на реабилитацию.

Сапият Магомедова: я была подвергнута бесчеловечному и унижающему достоинство обращению

В настоящее время я решила обратиться в суд в порядке статьи 29-й, где сказано, что я имею право обратиться по месту своего жительства с требованием о взыскании морального и материального ущерба.

Я требую от прокурора, чтобы он от имени государства принес мне извинения за то, что пять лет я была вынуждена находиться в таком нервном, стрессовом состоянии, вынуждена была отвлекаться от своей работы, вынуждена была не выезжать из Дагестана. 

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции "Кавполита"

3 Распечатать

Наверх