10 февраля 2014 2293 0

Исламская революция в Иране: заря нового мира

Что является главной причиной ненависти к Исламской революции?
Фото: russian.rt.com
Фото: russian.rt.com

usahlkaro Игорь Николаев Автор статьи

КАВПОЛИТ публикует материал, подготовленный для iran.ru, о тридцать пятой годовщине Исламской революции в Иране. В нем проводится параллель между арабскими "весной и осенью", западным "переформатированием" и исламским Пробуждением, приводящая нас к событиям прошлого, а именно 1979 года в Тегеране.

Тридцать пятая годовщина Исламской революции в Иране – дата, имеющая историческое и всемирное значение. Ожесточенные споры на Западе о характере и, главное, об итогах этой революции лишь подтверждают очевидное: после нее Восток стал иным. И нынешняя «турбулентность региона», арабские «весна и осень», западное «переформатирование» и исламское Пробуждение – лишь запоздалая реакция на события февраля 1979 года в Тегеране.

Национализация Суэцкого канала 26 июля 1956 года означала крах колониальной системы. Исламская революция 1979 года в Иране стала началом краха эры неоколониализма. Двадцать с небольшим лет разделяли эти события. «Антиколониальная политика», которую в те годы декларировал Запад, на деле оказалась еще более изощренным колониализмом, в которой классическую фигуру «джентльмена в пробковом шлеме, создавшего империю, над которой не заходит солнце», сменил пронырливый делец с Уолл-стрит и других столь же злачных мест обитания международного финансового капитала. Плеть и штык сменились «его величеством Долларом», вооруженную силу никто не отменил, но первыми шли рыцари «плаща и кинжала», организующие на Востоке перевороты, вооружавшие режимы угодные и свергавшие режимы неугодные.

Запад все еще пытается понять, что, собственно, привело к Исламской революции, почему казавшееся всесильным правительство шаха рухнуло в считанные месяцы, а сам Мохаммед Реза Пехлеви был вынужден бежать за границу? Кто-то из историков выдвигает версию о том, что шах, дескать, «пренебрег иранской ментальностью». Более чем удобная позиция для современной прозападной элиты.

Модернизация по-персидски

Эта пресловутая модернизация стала «священной коровой» российских либералов. О необходимости и благотворности ее нам прожужжали все уши за последние 22 года. В Иране она получила название «белой революции», и о некоторых ее итогах нелишним будет напомнить сегодня тем, кто так и не понял, почему иранский народ сверг шахский режим.

После свержения американской и британской разведками правительства Моссадыка в марте 1953 года власть шаха Мохаммеда Резы Пехлеви стала абсолютной. Иран окончательно трансформировался в авторитарную монархию, опиравшуюся на экономику сырьевого типа. Главными институтами монархии, опорами режима были доходы от нефти, силовые структуры (армия и министерство безопасности САВАК), шахский двор, партийная система и официальная пропаганда.

После укрепления личной власти Мохаммеда Резы Пехлеви в управлении иранской нефтяной политикой и личным шахским имуществом решающая роль все больше переходит в руки американских банков, уверенно шагающих в ногу со временем. Прежде всего, это был руководимый Дэвидом Рокфеллером «Чейз Манхэттен банк», крупнейший банк рокфеллеровской династии, тесно связанной с верхушкой политической власти США. В 1958 году по совету рокфеллеровского банка создается так называемый «Фонд Пехлеви».

Только в октябре и ноябре 1978 года, всего за два месяца (когда над головой шаха уже собирались грозовые тучи), шахский Фонд Пехлеви перевел за границу более 3 млрд долл. Роберт Грэхем, тегеранский корреспондент крупнейшей английской экономической газеты «Файнэншл таймс», написал книгу об экономическом положении страны, в которой он говорит совершенно откровенно: «Фонд Пехлеви» − надежный канал, по которому в карман шаха текут взятки и всевозможные коррупционные деньги. Наряду с этим он дает возможность шаху через членов семьи и узкий круг нескольких доверенных людей контролировать всю экономику страны и незаметно для общественности финансировать дорогие удовольствия правящего дома».

Шахская семья

Разумеется, официальная пропаганда твердила, что доходы от Фонда используются исключительно в интересах Ирана, что эти доходы направлялись в инвестиции. Одним из примеров таких инвестиций явилось приобретение небоскреба на Пятой авеню в Нью-Йорке, 13% акций авиационной компании «Пан-Америкэн» и почти половина гостиниц «Интерконтиненталь». По странному стечению обстоятельств, все эти акции были оформлены на шаха и членов его семьи.

Кстати сказать, шахская семья состояла из 63 сыновей и дочерей, двоюродных братьев и двоюродных сестер, тетушек по линии шахини и их детей. Общее богатство семьи оценивалось в сумму от 5 до 20 млрд долларов. В 1974 году 54% иранцев жили ниже порога бедности, их семьи расходовали в год менее 80 долларов, а представители иранской элиты открывали счета в Швейцарии, Великобритании, США, скупали дома и земельные участки на Лазурном берегу и в Монако, фермы и виллы в Калифорнии.

Безусловно, США являлись самым достойным и самым дорогим союзником. На пике военного сотрудничества (1972-1978 гг.) в США, которые явились главным поставщиком военной техники и снаряжения Ирану, было выполнено военных заказов на 19,38 млрд долл. К осени 1978 года в стране временно проживало 45 500 американцев, их значительную часть составляли военные специалисты и технические представители фирм, поставлявших военную технику и вооружение для иранской армии. Если в 1973 году американцы продали всему миру оружия «всего лишь» на 4 млрд. долл., то в 1974 году доходы от продажи оружия составили уже 9 млрд долл., из них почти половину заплатил за оружие Мохаммед Реза Пехлеви.

На широко отмечавшемся в 1971 году 2500-летии персидской монархии на развалинах древнего Персеполиса Реза Пехлеви обратился с речью к теням великих персидских царей Кира, Дария и Камбиза. Определенную пикантность празднованию придавал тот факт, что огромные затраты на официальные праздничные мероприятия (для фуршетов было заготовлено примерно тонна осетровой икры) сочетались с отказом от крупномасштабной помощи населению Систана и Белуджистана, оказавшемуся один на один с голодом из-за засухи. Высочайшим было указано считать засуху несуществующей, а угрозу голода − надуманной.

Либеральные сказочники

Несмотря на значительные бюджетные ассигнования, к 1977 году примерно 65% населения полностью не имели доступа к медицинской помощи, а в иранской деревне она практически отсутствовала. По данным ВОЗ, в 1977 году  смертность среди новорожденных составляла 111 случаев на 1000 рождений, всеобщей иммунизации детей не проводилось, распространение таких инфекционных заболеваний как корь, краснуха, скарлатина, туберкулез, полиомиелит, столбняк и дифтерия было достаточно обыденным явлением. Средняя продолжительность жизни подданных шаха, стремившегося к созданию «великого Ирана» за период с 1956 по 1977 год выросла на... три года и составила 55 лет. И так было во всем. Шумные пропагандистские кампании оборачивались весьма скромными результатами. Верхушка утопала в роскоши, а основная часть населения едва сводила концы с концами. Несогласных с политикой шаха вдумчиво, до отбитых легких и тюремных сроков, а зачастую и насмерть, переубеждали в охранке САВАК.

Поврежденная ментальность или все же тупость, бездарность и алчность режима, оказавшегося неспособным ответить на насущные вызовы социально-экономического развития страны? Впрочем, режим отвечал − массовыми репрессиями, ужесточением контроля во всех сферах жизни, грандиозными затратами на пропаганду, в которую уже никто не верил... Кстати, существует такой исторический анекдот, документального подтверждения которому найти не удалось. Во время визита китайского лидера Хуа Гофэна в Тегеран (в конце 1978 года), шах задал ему вопрос: «Сколько китайцев не поддерживают политику коммунистической партии Китая?». «Примерно тридцать миллионов», − ответил Хуа Гофэн. «Столько же иранцев не поддерживают и меня», − заметил шах. Буквально через пару месяцев он смог убедиться в правильности своего понимания ситуации. Тридцать миллионов иранцев сказали свое веское слово.

Истоки ненависти

После Великой Октябрьской социалистической революции 1917 года ни одна революция в мире не вызывала такой оголтелой ненависти, как Исламская революция 1979 года в Иране. Между тем, за послереволюционные годы численность населения ИРИ увеличилась более чем в два раза − с 33,0 млн до 78,8 млн человек. Рождаемость составляет 17,8, а смертность — 5,8 человек на тысячу. Более половины жителей Ирана сегодня моложе 30 лет. По средней продолжительности жизни населения Иран (71,1 года) опережает такие страны, как Марокко, Индонезия, Украина, Таиланд, Россия и Индия. Грамотность в шахском Иране не достигала и 40% (а среди женщин и в сельских областях 17%), сейчас – свыше 96%.

Переживания по поводу какой-то особой недемократичности иранского общества – тоже аргумент слабенький. Известный американский ученый-востоковед Кевин Баррет очень точно подметил: «Правда заключается в том, что Иран своим разнообразием и плюрализмом находится ближе к американским политическим идеалам демократии, чем любая другая нация Ближнего Востока со спорным исключением Турции… идеал американских «отцов-основателей» − баланс сил между конкурирующими группировками − более полно реализован в Иране, нежели в сегодняшней Америке, где две основные партии, обладающие монополией на политические процессы, отличаются друг от друга почти столько же, сколько "Кока" от "Пепси"».

Тезис о том, что Иран экспортирует революцию, тоже никакого отношения к действительности не имеет. Лозунг «экспорта» в руководстве Исламской республики просуществовал года три от силы, к 1982 году сошел на нет полностью, и сейчас если и идет какой-то экспорт, то исключительно культурного иранского наследия. О «ядерном досье и поддержке международного терроризма» и говорить не стоит, поскольку это настолько смехотворно, что верить в это могут только либо окончательно утратившие разум в информационных войнах, либо – отрабатывающие заказы и гранты.

*********

Главной причиной ненависти к Исламской революции является то, что она показала пример того, как вырваться из паутины неоколониализма и заставить природные ресурсы страны работать не на международного финансового спрута, а на благо государства и народа. Исламская революция совершила два «смертных греха» перед Западом и его прихлебателями: во-первых, лишила транснациональные корпорации жирного куска прибыли, который они уже посчитали своим. Во-вторых,обнажила историческую обреченность и содержательную пустоту «стратегических партнеров США в регионе», которые должны были служить примером остальному Востоку. Египет, Саудовская Аравия и прочие участники американского проекта в историческом плане соревнование в Исламской республике проиграли вчистую. Мир увидел Новую зарю, а Ближний Восток – горизонты нового мира и нового справедливого общества.

Источник Iran.ru

2 Распечатать

Наверх