21 мая
16 сентября 2015 4340 3

«Зачем приезжал Путин?»

«Когда вокруг Кадырова развиваются непростые сюжеты, федералам важно показать, что они контролируют ситуацию в Ингушетии»

usahlkaro Константин Казенин Старший научный сотрудник РАНХиГС и Института Гайдара

Президент РФ по пути в Таджикистан приземлился в Ингушетии и провел там большое совещание, после чего стало ясно, что Путин не слишком доволен республикой.

Любой публичный жест российской власти в отношении Ингушетии — а тем более визит в регион главы государства — не может рассматриваться вне контекста непростых взаимоотношений руководства Ингушетии и Чечни и попыток официального Грозного нарастить свое неформальное влияние в Ингушетии.

Когда вокруг Кадырова продолжают развиваться непростые сюжеты (с тем же делом Немцова), федералам важно показать, что они контролируют ситуацию в Ингушетии, выстраивают там политику вне какой-либо связи с соседними регионами. Сейчас в Ингушетии много рассуждений на тему того, «зачем приезжал Путин». Версии звучат самые разнообразные, но я бы при рассмотрении любых значимых федеральных шагов в Ингушетии не забывал и о чеченском «следе».

Я бы при рассмотрении любых значимых федеральных шагов в Ингушетии не забывал и о чеченском «следе»

Говоря об оценке работы руководства Ингушетии — этот вопрос неминумо встает при обсуждении причин визита Путина, — на фоне всех проблем я бы выделил один очень позитивный момент. Он состоит в том, что власть в Ингушетии при Евкурове, как правило, не была катализатором конфликтов.

В последние полтора десятка лет мы очень хорошо видели на примере других республик Северного Кавказа, как их руководители, активно выступая на одной из сторон в различных конфликтах — от религиозных до земельных, — по сути, эти конфликты подогревали, повышали в них политические ставки. Нынешний глава Ингушетии, насколько я могу судить, в большей степени настроен не на такое грубое вмешательство, а на модерацию, на «конфликтный менеджмент». Это может получаться лучше или хуже, но ценен сам этот настрой, и его важно сохранить.

Власть в Ингушетии при Евкурове, как правило, не была катализатором конфликтов

Что касается экономики, то, говоря о каких-то проектах, связанных с крупным федеральным финансированием, я бы не выделял Ингушетию ни с худшей, ни с лучшей стороны, потому что практически нигде эти проекты слишком успешными не были. Ключевой экономический интерес по всему Северному Кавказу заключается в освоении выделенных средств, а не в том, чтобы в итоге получилась по настоящему эффективная работа. Это общая болезнь.

Что бы это значило? У нас ингушская ФЦП - единственная плохо реализуемая?

Posted by Irina Starodubrovskaya on Monday, September 14, 2015

У Ингушетии есть и «собственная» болезнь, возникшая в силу трагических для этого региона исторических обстоятельств. Ведь эта республика на протяжении почти всех 23 лет своего существования находилась в условиях форс-мажора. Она формировалась как новый регион — с нуля. При этом уже в первой половине 90-х в республику хлынуло два потока беженцев — из Чечни и из Пригородного района. По большому счету, это была громадная нагрузка на инфраструктуру, она сохранялась на протяжении многих лет.

Ингушетия на протяжении почти всех 23 лет своего существования находилась в условиях форс-мажора
​В общем-то и сейчас социальные проблемы, связанные с переселенцами из Пригородного района, не до конца решены. Были годы, когда половину наличного населения в республике составляли вынужденные переселенцы. Сейчас, конечно, это не так, но даже когда речь идет даже о нескольких десятках тысяч человек, переселившихся в регион на постоянное жительство, — это очень серьезная нагрузка, и, оценивая результаты и перспективы развития Ингушетии, надо помнить, что она продолжает эту нагрузку нести.

В Сети сейчас муссируется тема, что ситуацию с визитом Путина можно объяснить результатом деятельности крупных предпринимателей Ингушетии, которые неблагожелательно относятся к Евкурову. Отмечу, что в республике есть бизнесмены, которые активно сотрудничают с главой, даже берут на себя реализацию каких-то проектов. Есть и такие, которые не сотрудничают или в меньшей степени сотрудничают с ним. Но я очень сомневаюсь, что у кого-то из них есть потенциал, достаточный для того, чтобы существенно повлиять на федеральную политику в отношении региона.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции "Кавполита"

1 Распечатать

James Sullivan 16 сентября 2015, 15:33

Что хотел сказать автор? Может статья с двойным дном?

0
Alexander 17 сентября 2015, 02:08

Нормальная статья, почему вы решили, что она с двойным дном?

0
Корней Корнеев 17 сентября 2015, 10:52

Евкуров проводит политику «мягкой силы» в РИ. Она положительна, когда в плане профилактики или уже адаптации он встречается с «заблудшими сыновьями» и их родителями. Но 2некая «равноудаленность» главы РИ от ДУМ и салафитов привела к Насыр-Кортовским массовым беспорядкам в мечети, привлечению сил правопорядка. В результате пострадал авторитет муфтия ДУМ, а имам Чумаков остался в выигрыше. Еще один печальный итог – салафитская молодежь празднует победу, окрепнув в организационном и мобилизационном плане, численно, а также закрепив братство в Сети. Это еще аукнется, и не раз разрастанием религиозной радикализации молодежи.

-2

Оставить комментарий:

Наверх