10 августа
19 октября 2015 13208 0

«Если имя твое грек, чем ты помог?»

Глава греческой общины в Ставрополе надеется, что молодежь вдохнет в организацию новую жизнь

usahlkaro Светлана Болотникова Автор статьи

Энтузиазм греков Ставрополя по развитию своей национально-культурной автономии сходит на нет. Состоятельные члены общины практически перестали поддерживать ее деятельность. На финансовые проблемы накладывается желание городских властей освободить старинное здание ресторации Найтаки на проспекте Карла Маркса.

Почему греки не хотят переезжать во Дворец культуры и спорта, а также чем живет НКА, корреспондент КАВПОЛИТа поинтересовалась у главы организации Николая Мацукатова.

– Еще три года назад нам предложили переселяться в Дом дружбы в СДКиС. Я тогда отказывался, потому что предполагал, что это кончится тем, что нас выгонят с проспекта Карла Маркса, – рассказал Николай Иванович. – Меня пытались убедить, что одно с другим не связано. Но, оказалось, все-таки связано.

Сейчас комитет по управлению муниципальным имуществом Ставрополя настойчиво предлагает мне переехать. Там давно нам выделили помещение.

Часть площади я уже вернул. За нами пока осталось 30 квадратных метров. Я написал уже три письма в администрацию города с просьбой оставить нас тут. Последний раз это было в сентябре. Они пока думают.

Немного неудобно будет перед греками-спонсорами. Когда нам дали это помещение, привести его в порядок нам помогала и Греция, и другие люди. Сейчас возвращаем, и как объяснить, почему?

– Зданию ведь требуется ремонт?

– Фасад надо ремонтировать, а это большие деньги. Их надо собирать, что всегда тяжело. Раньше что-то мы зарабатывали сами, когда автобус ездил из Греции, что-то нам спонсоры давали. Я тут хотел остаться из-за музея. Теперь думаю передать школе.

– Муниципальная греческая школа на Карла Маркса останется?

– Да, школа сама по себе. Она дистанцировалась от этих проблем. Но школа музей не принимает. Говорит: вы отремонтируйте, крышу сделайте, потом передавайте. Если я в таком виде им передам, ремонт ляжет на их плечи.

​Привести помещение в порядок помогала и Греция, и другие люди. Сейчас возвращаем его городу, и как им объяснить, почему?

Хотя школа финансируется городом. Учителям зарплата выплачивается из бюджета, коммунальные услуги город оплачивает. А мы если что-то делаем, просим деньги у предпринимателей. Когда один раз кого-то просим – это один вопрос. А когда это продолжается уже 17-18 лет, возникают сложности.

– В прошлом году, когда мы с вами беседовали, у вас была проблема с долгом перед теплосетью за ремонт после аварии на теплотрассе.

– Три дня тому назад я оплатил долг, но судебные приставы потеряли постановление, чтобы снять арест с нашего счета. Мы даже налоги не можем оплатить.

– Вы собрали средства?

– Я набрался смелости и пошел к сенатору Михаилу Афанасову. Я ему изложил проблему, и он меня правильно понял, дал денег, чтобы я оплатил долг. Нам он первый раз помог, хотя мне было неудобно к нему обращаться.

У нас и в Ставрополе есть богатые греки. Но они с годами привыкли ко мне, и энтузиазма я не вижу. Те, кто все это организовывал, ушли из жизни. Честно говоря, уже и возраст такой, что ничего не хочется.

– А в НКА не вступают молодые энергичные греки?

– Есть у нас молодежная греческая организация.

– Та, что выпускает журнал «Эллас»?

– Да. Ее возглавляет Константин Алепов, сын директора греческой школы.

– Чем они еще занимаются?

– Вечера организовывают. Я в последнее время не касаюсь этого.

Вот попросили в День города и края, и мы выставили свое подворье. Конечно, мне не очень понравилось, что нам выделили всего три погонных метра.

Даже я, зная экспонаты, не все смог рассмотреть. А когда толпится столько людей? Может быть, так тесно было из-за того, что объединили праздники?

Я до последнего момента думал, что мы не будем участвовать. Но есть у нас постарше меня женщины – такие, как Ольга Бурсаниди, заслуженный работник культуры России, которые хотели выставить подворье. Молодежь фактически не участвовала в этом.
​У нас и в Ставрополе есть богатые греки. Но энтузиазма я не вижу. Те, кто все это организовывал, ушли из жизни

Вообще все это движение (я это вижу и по остальным диаспорам) основано на энтузиазме небольшой горстки людей.

Мы раньше проводили турниры по теннису, по волейболу, поскольку я преподаю физическую культуру в строительном техникуме. Но я был моложе. Теперь я больше надеюсь на новое поколение. 

– Вы регулярно собираетесь?

– Мы собираемся только на праздники. 25 марта, в День независимости Греции, Дворец детского творчества был полный. От многих слышал лестные отзывы. Подходят же что-то приятное сказать. Но если имя твое грек, а кроме национальности ты больше ничего сказать не можешь… Чем ты помог?

Некоторым не нравится, что мы кафе отдали, но оно было городское, и город взял назад. Так и здание заберут. Оно же не наше. А чтобы его выкупить, нужны большие деньги. Кто их будет собирать?

– То есть никто в общине не хочет поддерживать национально-культурную автономию?

– Хотят, но чтобы кто-то это делал.

– Это говорит о том, что греческая культура в Ставрополе приходит в упадок, греки теряют самобытность?

– Я могу сказать по своей малой родине. Я родом из села Спарта Карачаево-Черкесии. Я там регулярно бываю и вижу, что старики умирают, а молодежь выезжает в города, в Грецию, потому что в селе работать негде, как и по всей России.

Если имя твое грек, а кроме национальности ты больше ничего сказать не можешь… Чем ты помог?

Детей в школе по 50 человек в одном классе, учиться негде. Работы нет в селе. Если и остаешься, то можно жить только своим хозяйством. В городах люди устраиваются и работают, хотя я не скажу, что тут работы много. 

– Вы раньше говорили, что в связи с кризисом российские греки возвращаются из Греции.

– Возвращаются, но не в села, а в города.

– Побывав на исторической родине и подпитавшись ее культурой, они могли бы вдохнуть новую жизнь в диаспору?

– Они там ничего и не видели. Ведь они отсюда уехали не от хорошей жизни. Они поехали туда зарабатывать. По возвращении им труднее здесь найти работу.

– Вы обсуждаете политику Греции, избрание Алексиса Ципраса и его меры по выходу из кризиса?

Алексис Ципрас на встрече с греками России. Фото: facebook.com

– В апреле нас федеральная НКА греков собирала на встречу с Ципрасом, когда он приезжал в Москву. Мы были в небольшой комнате, где стояло лишь несколько стульев, а людей было человек шестьдесят только руководителей греческих организаций, а еще гости – заслуженные артисты, политики. Я даже сфотографировать его не смог.

​Уже меньше смотрят на национальность при выборе супругов. В РФ основной народ русский, поэтому все проникается русским

Основная задача наша заключалась в том, чтобы попросить его о пенсиях для эмигрировавших в Грецию россиян. Они получали после 65 лет какие-то 300 евро – и тех их лишили.

Много греков переехали туда из Грузии. Ципрас обещал помочь, но решение за парламентом. Вряд ли наша просьба будет выполнена.

После этого Ципраса еще раз выбрали – и, думаю, в частности, благодаря нашим грекам.

– На Кавминводах греки выстроили и продолжают благоустраивать красивый храмовый комплекс с самым большим в России скульптурным изображением Христа. Здесь такого масштабного строительства не ведется. Греки КМВ богаче?

– Там более многочисленная община – около 15-17 тысяч человек, а в Ставрополе только две тысячи. Наши предприниматели участвовали в строительстве церкви на углу улиц Кулакова и Ленина.

– В Ессентуках одна из церквей храмового комплекса построена в византийском стиле.

– В Ставрополе такого нет. У нас одна и та же церковь, одна и та же вера. Нет смысла строить что-то отдельно.

 – Насколько религиозна греческая община?

– Церковные праздники греки чтут. Пасха – главный из них.

– А кем вы себя больше чувствуете: русским или греком?

– Я родился в России, в КЧР, где много национальностей, и христиане, и мусульмане. Я, может быть, русский грек или греческий русский.

– А если бы вас за границей об этом спросили?

– Они знают, как нас называть. Понтийские греки, росопонти. Понтийские, потому что вокруг Черного моря. Есть эллинские греки из Греции.

– Понтийский язык отличается от чисто греческого?

– Есть отличия, как у русского с украинским. В школе учат греческий классический, а в семьях в основном говорят на понтийском. А те, кто из Грузии приехал, говорят вообще почти на турецком, потому что они жили среди турок.

Мои предки тоже жили в Турции, но селения у них были понтийскими. В 1924 году они приехали сюда, когда там начались гонения на христиан.

– В Чечне сейчас Рамзан Кадыров старается вернуть чеченские традиции, требует, чтобы на свадьбах были только традиционные наряды. А как пытается сохранить обычаи предков греческая община?

– У нас сохранился обряд сватовства. А вообще все это уходит в историю. Уже меньше смотрят на национальность при выборе супругов. В России основной народ русский, поэтому все проникается русским.

0 Распечатать

Наверх