20 января 2014 531 0

Эксперты у бездны

Кому адресуют исследователи свои доклады?

usahlkaro Бадма Бюрчиев обозреватель

Аналитические доклады экспертов чаще всего заканчиваются списком рекомендаций для власти. Но есть ли смысл обращаться к государству, не заинтересованному в системных преобразованиях? Обозреватель «КАВПОЛИТа» обратился к истории вопроса и обнаружил, что еще в эпоху Сократа подобная апелляция была признана бесперспективной.

Док-то-ра!

Доклад «Северный Кавказ: quo vadis (куда идешь)?», презентованный на прошлой неделеруководителем научного направления «Политическая экономия и региональное развитие» Института Гайдара Ириной Стародубровской и старшим научным сотрудником Института Гайдара Константином Казениным, встретил доброжелательную критику экспертного сообщества. Что, в общем-то, справедливо. Эксперты не понаслышке знакомы с проблемами региона. Ситуация описана подробно и без прикрас. Выводы, судя по откликам специалистов, сделаны обоснованные.

«Кавполит» уже писал о докладе. Поэтому не будем возвращаться к содержанию. Вместе с тем нам хотелось бы развить заключительный тезис нашего автора, освещавшего презентацию.

Подводя итог обзору мероприятия, коллега Рустам Джалилов, на наш взгляд, справедливо задается вопросом: кто в условиях «больной» российской государственности выступит доктором, способным оздоровить ситуацию в СКФО?

Мы намерены обозначить проблему несколько иначе: к кому обращаются эксперты в своих докладах?

Urbi et orbi

Авторы «Quo vadis?» отвечают на этот вопрос в самом начале своей работы:

- Доклад «Северный Кавказ: quo vadis (куда идешь)?» адресован в первую очередь не тем, кто профессионально занимается проблемами этого региона. Специалисты по Северному Кавказу вряд ли найдут здесь что-то принципиально новое. Он написан для тех, кто, не изучая данный предмет специально, искренне стремится разобраться в том, что происходит в этом сложном, неоднозначном и во многом непонятном для среднего россиянина регионе.

Поэтому наша задача состояла в том, чтобы, не уходя в детали, дать общее представление о тех реальных, а не мифических процессах, проблемах и развилках политики, которые существуют на Северном Кавказе. Вторым адресатом данной работы являются лица, принимающие решения по вопросам северокавказской политики. В докладе обосновываются подходы, во многом альтернативные реализуемым в настоящее время в ее рамках, и мы хотели бы, чтобы наши аргументы были услышаны.

По всей видимости, предполагалось, что доклад должен заинтересовать широкую аудиторию и государственных мужей, чья деятельность непосредственно связана с Северным Кавказом. Подобная апелляция вызывает вопросы. Во-первых, зачем тем, кто профессионально не занимается проблемами региона, читать доклады, а не более доступные публикации в СМИ? Во-вторых, стоит ли всерьез рассчитывать на то, что чиновники, ознакомившись с оценками экспертов, вдруг решат демонтировать систему, которая, как минимум, обеспечивает им безбедное существование?

Конечно, можно сослаться на то, что дело науки объективно описывать процессы, не заботясь о том, кто и как распорядится информацией. Между тем выбор адресата определяет многие важные нюансы: акценты сообщения, подбор рекомендаций и прочее.

По Фуко

Выдающийся французский мыслитель Мишель Фуко находит проблему выбора адресата одной из основных в философии (философии в расширительном смысле – как метанауки). По этому поводу в одной из лекций цикла «Управление собой и другими» он вспоминает анекдот о Платоне и Диогене: «Однажды Платон увидел, как Диоген моет себе овощи. Платон увидел, как он моет овощи, и сказал ему, напоминая о том, что Дионисий приглашал к себе Диогена, но тот отказался: если бы ты был поучтивее с Дионисием, не пришлось бы тебе мыть овощи. На что Диоген отвечал: а если бы ты умел мыть себе овощи, «не пришлось бы тебе быть рабом Дионисия».

«Этот анекдот представляется мне очень важным и очень серьезным, - продолжает Фуко. – Он обозначает два полюса, соответственно которым очень рано, начиная с IVвека, проблема точки встречи между философским высказыванием правды и политической практикой обрела два решения: городская площадь или душа государя. Эти полярности будут обнаруживаться на протяжении всей истории западной мысли. Должен ли философский дискурс обращаться к душе государя, чтобы наставить ее? Или же правдивая речь философии должна оставаться на городской площади, будучи вызовом, противостоянием, насмешкой, критикой по отношению к государю и политической деятельности».

На фото Мишель Фуко говорит в рупор

«Правдивая речь философа», о которой говорит Фуко – это parresia. Древнегреческое понятие, которому, собственно, посвящена лекция. В отличие от isegoria, свободы слова как таковой, parresia всегда сопряжена с некоторым риском.

В то же время «волевое политическое выступление, которым паресиаст пытается, говоря правду, повлиять на других, – это политика, а не философия». А в политике под маскойparresia выступает уже не философия, а риторика, природа которой лесть – неважно желание ли это угодить государю или городской площади.

Ссылаясь на Сократа и Платона, Фуко подводит к выводу, что «философия занимается не политикой и даже не вопросами законности и беззакония в городе, не законностью и беззаконием, но тем, кто выступает субъектом гражданской деятельности, действует как гражданин, а порой и как правитель. Философия занимается не политикой, а субъектом в политике».

Кто, если не государство?

Ни в коем случае не хотим уличить авторов доклада «Quo vadis?» в подмене науки льстивой риторикой. По сложившейся практике, большинство экспертов в своих докладах, так или иначе, обращаются к государству. Да и в интервью нам, журналистам, то и дело приходится слышать: «Власть должна… Государству надо…». Именно эта апелляция представляется сомнительной.

Нет у нас еще государства, которое что-то должно гражданам. Власти предержащие так не считают. Они сами друг друга назначают и чувствуют себя обязанными только тем, кто решает их судьбы. И с точки зрения экономических отношений – элита, приватизировавшая природные ресурсы, не зависит от наших налогов.

Мы обратились к работе Фуко лишь для того, чтобы обратить внимание: проблема, кому адресовать parresia, уходит корнями аж в Древнюю Грецию. И альтернатива государю и афинскому сенату предложена еще до нашей эры.

Не пора ли экспертам переориентироваться на тех, «кто выступает субъектом гражданской деятельности, действует как гражданин»? Тем более когда речь идет о Северном Кавказе. Ведь, по оценкам исследователей Института Гайдара, гражданское общество здесь «является более активным и зрелым, чем в подавляющем большинстве российских регионов». Почему бы не предложить инструментарий тем, кто хочет и готов что-то менять?

Безусловно, работа экспертов с гражданским обществом ведется. Однако даже такие семинары, как правило, заканчиваются выработкой рекомендаций для власти. Но, может, хватит глядеть в бездну? Эта бездна и так слишком уж пристально смотрит на нас. В конце концов, согласно тому же Фуко, ставить вопрос о просвещении – значит заново открывать для себя вопрос: как перестать быть управляемым?

0 Распечатать
Наверх