04 июня
05 апреля 3796 0

Дружба дружбой, а нефтедоллары врозь

Как разошлись американский президент и саудовский король
Фото: Reuters
Фото: Reuters

Падение мировых цен на нефть вместе с пандемией коронавируса, вызвавшее в мировой экономике ситуацию идеального шторма, стало моментом истины в отношениях между главной мировой нефтяной сверхдержавой Саудовской Аравией и ведущей мировой сверхдержавой США. Демонстративный выход Саудовской Аравии из нефтяной сделки ОПЕК+, повлекший за собой потрясения на мировых рынках, стал настоящим шоком для президента США Дональда Трампа, считавшего тесные отношения с Эр-Риядом одним из своих главных внешнеполитических активов. Однако конфликт интересов запрограммирован не только сегодняшним днем, но и непростой историей их отношений.

Истекшая 31 марта нефтяная сделка ОПЕК+ и обвал нефтяного рынка многие восприняли как игру ва-банк, начатую амбициозным саудовским наследным принцем Мухаммедом бен Сальманом. На этой неделе российская нефть марки Urals подешевела до $13 за баррель, достигнув самого низкого показателя за последние два десятилетия,— еще одна порция плохих новостей на фоне пандемии и введения режима самоизоляции в Москве.

Однако среди внешних игроков в числе главных пострадавших от коллапса на нефтяном рынке оказалась не только Россия.

По одной из версий, цель игры фактического саудовского правителя — вытеснить с нефтяного рынка неэффективных игроков, прежде всего американские сланцевые компании.

Напомним, что ежедневно все новые компании США, добывающие и перерабатывающие сланцевую нефть, объявляют себя банкротами: при цене менее $30 за баррель нефти марки Brent «сланцевый» бизнес становится убыточным.

Когда в союзниках согласья нет

Подтверждением того, что американская экономика в самом деле получила удар под дых, причем в самый неподходящий момент пандемии, стали алармистские заявления, звучащие в Вашингтоне. В США все громче говорят о том, что Америка стала жертвой российско-саудовской нефтяной войны, при этом оппоненты президента США Дональда Трампа обвиняют его в неоправданной поддержке саудовского наследного принца, чьи действия во многом и вызвали обвал нефтяного рынка.

На фоне распространения пандемии коронавируса вторым дестабилизирующим фактором в мире остается ситуация на рынке нефти, вызванная провалом переговоров с Россией о продлении соглашения ОПЕК+ и резким наращиванием добычи нефти, осуществляемым Саудовской Аравией. 

Так, добывая менее 10 млн баррелей в сутки, королевство собирается после официального завершения сделки ОПЕК+ и связанных с ней ограничений добычи уже с 1 апреля нарастить производство до 12,3 млн баррелей в сутки, в том числе, как ожидается, 300 тыс. баррелей будет поставлено на рынок из хранилищ.

В ситуации двойного удара по мировой экономике со стороны эпидемии коронавируса и хлынувшей на мировой рынок дешевой саудовской нефти группа влиятельных американских сенаторов призвала наследного принца Саудовской Аравии принять срочные меры, чтобы переломить негативную тенденцию, угрожающую национальным интересам США. Обращение 13 сенаторов-республиканцев стало частью дипломатических усилий Вашингтона, убеждающего ключевого союзника в Персидском заливе отказаться от наращивания добычи нефти и призывающего Эр-Рияд стать гарантом стабильности рынка углеводородов, как это было раньше.

«В то время как Соединенные Штаты и остальной мир, включая Саудовскую Аравию, борются с пандемией, ситуация на глобальных рынках энергоресурсов становится дополнительным нежелательным фактором. США всегда были сильным и надежным партнером саудовского королевства на протяжении десятилетий. Учитывая это, нашу глубокую озабоченность вызывает решение Министерства энергетики Саудовской Аравии снизить цены на сырую нефть и нарастить добычу. В ситуации, когда финансовые рынки и без того оказались под сильнейшим ударом, падение цен на нефть вызвало максимальную дестабилизацию мировой экономики»,— говорится в обращении.

«Высокопоставленные саудовские политики неоднократно заявляли американским представителям, включая нас, что Саудовская Аравия — это стабилизирующая сила на мировых рынках. Однако последние действия Саудовской Аравии заставляют в этом усомниться. В связи с этим мы призываем королевство проявить свое конструктивное лидерство для стабилизации мировой экономики и успокоения ситуации в нефтегазовой отрасли, когда страны мира борются с пандемией»,— резюмируют американские сенаторы.

Ранее сенатор-республиканец Кевин Крамер обратился с письмом к президенту США Дональду Трампу, выразив недоумение по поводу его слишком мягкого подхода к саудовскому принцу и призвав оказать давление на Эр-Рияд. Действия «нашего близкого стратегического партнера» Саудовской Аравии вызывают особое беспокойство, отметил господин Крамер.

«Письмо американских сенаторов необходимо рассматривать в контексте общего экономического спада в США, переходящего в рецессию.

Предсказания неутешительны: на сегодняшний день американские биржи потеряли весь рост, который проделали за время президентства Трампа, чем он очень гордился. Уже к маю рост безработицы может достичь 7–8%»,— пояснил “Ъ” профессор Американского университета в Вашингтоне Антон Федяшин. «Во время "великой рецессии" 2008–2009 годов безработица в США достигла 10%.

Сегодня туризм, автомобилестроение, авиа- и отельный бизнес заявляют, что потребуют финансовой поддержки у государства. Однако обвалившиеся цены на нефть угрожают добить энергетический рынок в США. Весьма символично, что сенаторы, подписавшие обращение, представляют штаты, где добываются энергоресурсы: Оклахому, Аляску, Техас, Луизиану. Следовательно, американские политики делают все, чтобы амортизировать финансово-экономические потрясения, вызванные действиями Эр-Рияда»,— продолжает эксперт, обращая внимание на то, что уже через семь месяцев в стране пройдут президентские выборы и довыборы в Конгресс. «Для Америки саудиты очень не вовремя затеяли игру с ценами на нефть. Эта игра сильно бьет по средним и мелким энергопроизводителям, оказавшимся на грани банкротства. Самое страшное во время экономического спада — банковский кризис. Между тем действия Саудовской Аравии еще больше усугубляют ситуацию»,— резюмирует Антон Федяшин.

«Обращение 13 американских сенаторов к наследному принцу отражает крайнюю обеспокоенность США негативными последствиями нефтяных разборок для всей экономики. Сейчас речь идет уже не только о судьбе сланцевой индустрии в США, а о возможном коллапсе всей системы финансовых и торговых связей, новом мировом кризисе, от последствий которого пострадают все»,— продолжает экс-посол РФ в Саудовской Аравии, заместитель председателя Ассоциации российских дипломатов Андрей Бакланов.

Помимо американских сенаторов-республиканцев к саудовскому наследному принцу обращался и сам президент Трамп, обсуждавший с ним все тот же больной вопрос.

Издание Politico, ссылающееся на свои источники, сообщает о состоявшемся 9 марта телефонном разговоре президента Трампа с саудовским наследным принцем, в ходе которого глава Белого дома пытался объяснить, что обрушение цен на нефть не приведет ни к чему хорошему.

По словам источника Politico, разговор был трудным и в конце Трамп заявил буквально следующее: «Я все-таки хочу убедиться, что в этом вопросе мы на одной волне».

И еще одна деталь: если верить утечкам, призывая саудовское королевство не обрушивать цены на нефть, Дональд Трамп напомнил о той поддержке, которую США оказали Эр-Рияду во время громкого международного скандала, разразившегося после убийства в саудовской дипмиссии в Турции журналиста Джамаля Хашокджи.

Однако Саудовская Аравия выполнить требования своего главного союзника не спешит.

Возникает вопрос, что же происходит сегодня в отношениях главной мировой нефтяной сверхдержавы и ведущей мировой сверхдержавы — временная размолвка, системный сбой или смена вех. Ответ на него кроется в сложной перипетии истории давних союзников, которая знала свои взлеты и падения и была гораздо более противоречивой и неоднозначной, чем может показаться на первый взгляд.

Саудовское королевство верой и правдой служило Америке не одно десятилетие. С первых дней существования государства Саудовская Аравия, созданного в 1932 году, его основатель Абдель Азиз ибн Сауд умело лавировал между Западом и исламскими радикалами, пуская в ход все возможные средства — деньги, дипломатию, интриги и прямое насилие.

Сменявшие друг друга саудовские монархи на протяжении десятилетий были опорой США в стратегически важном регионе. Конечно, при этом саудовское королевство время от времени демонстрировало свою способность стать возмутителем спокойствия.

Так, в 1985 году Саудовская Аравия заявила о том, что больше не готова ограничивать добычу нефти, и резко нарастила производство, залив дешевым сырьем рынки.

В течение 1986 года троекратный рост добычи привел к падению мировых цен в шесть раз, спровоцировав волну тотального демпинга среди участников нефтяных гонок.

Принято считать, что тогда от этих действий проиграл прежде всего СССР, экономика которого вошла в глубокий кризис и так из него и не вышла. В то время как США и их западные союзники выиграли. Однако факт остается фактом: в 80-е годы падение цен на нефть в США привело к резкому сокращению геологоразведки и к локальной рецессии в нефтедобывающих регионах.

В целом же, несмотря на все оговорки, в своих отношениях Вашингтон и Эр-Рияд никогда не переходили красную черту и не позволяли разногласиям вылиться в конфликт. В Вашингтоне понимали: пока правящая династия находится у власти в Эр-Рияде, США по большому счету нечего особо опасаться: страна—лидер ОПЕК не подставит американской экономике подножку.

Испытание бен Ладеном

Пятый король Саудовской Аравии Фахд ибн Абдул-Азиз Аль Сауд, 2002 год. Фото: Keystone, Denis Balibouse, AP

Однако по настоящему серьезная трещина в отношениях Вашингтона и Эр-Рияда возникла еще два десятилетия назад, на излете эпохи короля Фахда, который скончался в 2005 году, пробыв на троне почти четверть века.

Многое изменили теракты 11 сентября, за которыми стояла международная террористическая организация «Аль-Каида» во главе с саудовским подданным Осамой бен Ладеном. Причем дипломатическое землетрясение вслед за атаками в Вашингтоне и Нью-Йорке по иронии судьбы произошло в тот момент, когда послом Саудовской Аравии в США был принц Бандар — возможно, самый прозападный и проамериканский саудовский политик того времени.

Напомним, что его личными близкими друзьями были Джордж Буш-старший и Барбара Буш, в период работы в Вашингтоне тесные личные отношения он поддерживал и с администрацией Джорджа Буша-младшего.

Через несколько часов после терактов Бандару позвонил высокопоставленный чиновник ЦРУ (по некоторым данным, тогдашний директор ЦРУ Джордж Тенет): «Ты знаешь, что 16 из 19 угонщиков — саудовцы?» — негодовал он.

«Я почувствовал себя так, словно башни Всемирного торгового центра рухнули на мою голову»,— вспоминал Бандар. В самом начале операции США в Афганистане принц Бандар раздавал американским СМИ интервью и с удовольствием принимал участие в ток-шоу, подчеркивая, что Эр-Рияд разорвал отношения с движением «Талибан».

Однако затем Бандар внезапно исчез со страниц газет и телеэкранов и словно воды в рот набрал.

По данным ведущим американских СМИ, в неофициальных беседах он стал сетовать на то, что союзники недооценивают специфику ситуации в королевстве, где исламисты пользуются широкой поддержкой арабской улицы. И поэтому предъявляют королевской династии невыполнимые требования, подталкивая ее к противостоянию с влиятельной оппозицией.

Тем временем из Эр-Рияда зазвучали другие голоса, все более критичные по отношению к США и Западу. Один из них, внешнеполитический советник королевской семьи Адель аль-Джубейр, приехав в Вашингтон, жаловался на непонимание администрацией Джорджа Буша-младшего специфики саудовской ситуации. Смысл его раздраженного выступления сводился к следующему: то, что теракты в США совершили саудовцы, ни о чем не говорит. Не надо требовать от нас борьбы с терроризмом, как ее понимают в Вашингтоне. 

Мы не намерены еще больше закручивать гайки, поддаваясь американскому давлению. Вы слишком многого от нас хотите, вещал Адель аль-Джубейр.

Заметно изменились и высказывания саудовских лидеров. На тот момент кронпринц Абдалла, который в условиях болезни короля Фахда фактически правил страной, осмелился заявить, что «в ряде арабских стран растет возмущение в связи с тем, что США закрывают глаза на жертвы среди мирных палестинцев».

А глава МВД Саудовской Аравии Наиф ибн Абдель Азиз и вовсе потребовал от США выдачи Эр-Рияду его подданных, взятых в плен в Афганистане и находящихся на базе ВМС США в Гуантанамо. Саудовские граждане «должны быть возвращены на родину, где будут преданы собственному суду», заявил Абдель Азиз.

В прежние времена саудовцы не позволяли себе высказываться так резко, но теперь, очевидно, они были вынуждены идти на уступки радикалам внутри страны.

Когда шатается трон

Что же произошло? Объяснение кроется во внутриполитической ситуации, которая сложилась в Саудовской Аравии в начале 2000-х годов. На излете эпохи короля Фахда правящая династия в саудовском королевстве переживала не лучшие времена. Престарелый и тяжело больной король отправился на лечение за границу, в то время как Эр-Рияд жил напряженным ожиданием смены режима.

Тогда ни у кого не было сомнений, что если правящая династия не устоит, то новый режим возглавят исламские радикалы, которые ненавидят Запад. И в этом случае все победы американцев, которых они уже добились или еще добьются на Ближнем Востоке, обернутся тяжелым поражением — потерей Саудовской Аравии.

Указаний на то, что саудовский трон зашатался и в королевстве быстро усиливается влияние исламских радикалов, было все больше. Необычайно коррумпированный режим погрязшего в роскоши правящего клана Судаири вызывал все большее неприятие у жителей королевства.

Население страны стремительно росло (в 1975 году оно составляло 7,3 млн человек, а к 2000 году достигло 20 млн). Однако режим не был особо озабочен созданием новых отраслей экономики и, соответственно, дополнительных рабочих мест — о чем беспокоиться, когда есть нефть?

Тем временем безработица достигла, по некоторым данным, 30%. Основную массу безработных составляли молодые люди, многие из которых получили приличное образование: ежегодно дипломы высших учебных заведений получали 200 тыс. человек, но лишь небольшой части из них удавалось трудоустроиться.

На таких людей сильное впечатление производили истории о том, как какой-нибудь принц припеваючи живет во дворце из 55 комнат с 26 позолоченными туалетами. Религиозные радикалы легко находили среди этих людей благодарных слушателей и преданных последователей.

В расположенной на юго-западе страны провинции Асир, из которой происходили угонщики самолетов, уничтоживших 11 сентября Всемирный торговый центр, молодежь устраивала демонстрации солидарности с камикадзе и помогала их семьям.

Все осуждали королевскую семью за коррупцию и полную зависимость от Запада. Власти отвечали на это арестами.

Когда в восточном городе Эль-Хобар террорист-камикадзе взорвал магазин, в котором любили отовариваться иностранцы, местные жители выражали восхищение этим поступком террористов. В мощную самостоятельную силу превратились саудовские ветераны джихада в Афганистане, Боснии и Чечне — таких в стране насчитывалось более 25 тыс. И практически все считали короля и придворных предателями дела ислама из-за дружбы с Америкой. Их отношения с властями продолжали ухудшаться — были арестованы сотни ветеранов. А оставшиеся на свободе набирали добровольцев для нового джихада. Никто не мог поручиться, что тысячи опытных и хорошо вооруженных боевиков не начнут воевать за пределами королевства.

Сильным раздражителем служила поступающая по спутниковым каналам TV информация о глобальной антитеррористической кампании и палестино-израильском противостоянии — ее воспринимали как тотальное наступление Запада на мусульман.

В глазах религиозных авторитетов и значительной части общественности королевская семья выглядела другом Америки и, следовательно, предателем дела ислама.

Испортились отношения у королевской семьи и с религиозными авторитетами. Саудовского шейха Махмуда бен Оклааль-Шауби, который когда-то был религиозным наставником саудовского министра юстиции, в начале 2000-х годов арестовали за подрывную деятельность. Когда на допросе шейха спросили, правда ли, что он издал фетву, призывающую отлучить от ислама королевскую семью, богослов ответил: «Тот, кто поддерживает неверных в борьбе против мусульман, сам становится неверным».

После этого слепой шейх отправился в тюрьму, но другие влиятельные шейхи в один голос заявили, что аль-Шауби в своей оценке абсолютно прав.

Все они были едины: долг каждого мусульманина — вести джихад против тех, кто объявил войну исламским государствам. То есть, против Америки.

В руках исламистов оказалась и система религиозного образования. А в религиозных школах обязательно изучение ваххабитского манифеста, призывающего бороться с неверными и теми, кто их поддерживает, «руками, языком или деньгами». В этой ситуации просто невозможно было себе представить, что саудовские нефтяные сокровища будут так же работать на американское могущество в случае прихода к власти кого-то вроде афганских талибов или иранских мулл.

Когда террорист номер один Осама бен Ладен, в свое время высланный из Саудовской Аравии, отдавал летчикам-камикадзе приказ протаранить башни Всемирного торгового центра и штаб-квартиру Пентагона, он метил не только в Америку. Второй мишенью бен Ладена и его последователей был ненавистный им режим короля Фахда. Планируя теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне, они рассчитывали, что взрывная волна дойдет до Эр-Рияда — неизбежная радикализация исламского мира расшатает режим Фахда и ускорит его падение, приведя к власти в Саудовской Аравии сторонников глобального джихада.

После чего «воины Аллаха», сражающиеся с неверными, получат единственное по-настоящему грозное оружие, с помощью которого можно эффективно противостоять США,— нефть.

В свое время мало кто обратил внимание на экономический манифест Осамы бен Ладена, который объясняет очень многое. Бен Ладен обвинил США в том, что, используя свое военное присутствие в Саудовской Аравии и влияние на королевскую семью, они в течение многих лет поддерживали мировые цены на нефть на искусственно низком уровне.

И тем самым совершили «крупнейшее воровство в истории», обокрав саудовцев, а заодно и весь мусульманский мир. Террорист номер один сумел даже каким-то образом вычислить и назвать сумму, которую США украли,— $36 трлн, в связи с чем американский долг каждому мусульманину составляет около $30 тыс.

Чтобы поставить Америку на колени, нужно сделать так, чтобы нефть стоила не $17 или $27, а $144 за баррель, вычислил Осама бен Ладен. Решающую роль в реализации этих планов, по его замыслу, должна была сыграть Саудовская Аравия.

После физической ликвидации Осамы бен Ладена, произошедшей в период правления в Вашингтоне сменившего Джорджа Буша-младшего Барака Обамы, многие из 5 тыс. саудовских принцев, хранивших за границей в общей сложности около $600 млрд, в той или иной мере продолжали испытывать симпатию к исламским радикалам. Они были готовы финансировать их борьбу, полагая, что гора денег, на которой они сидят, не растает. Аналитики на Западе в связи с этим задавали себе вопрос: почему саудовская элита, получившая образование в Гарварде или Кембридже и вкусившая ценностей либеральной демократии, тайно поддерживает тех, кто хочет вернуть Ближний Восток в средние века? Возможно, ведя образ жизни, не отвечающий строгим исламским нормам, саудовские принцы знали, что всегда смогут попытаться купить расположение тех, кто вправе осудить их за неправедное поведение — влиятельных духовных авторитетов и арабской улицы. 

И таким способом избавиться от грехов.

Глядя на неконтролируемые саудовские миллиарды, создающие условия для появления десятков новых террористов, в Вашингтоне задумались над тем, что колоссальные усилия, затраченные на ликвидацию террориста номер один и «Аль-Каиды», сильно обесцениваются.

Если вообще не теряют смысл.

В итоге на излете эпохи короля Фахда на секретном совещании в Пентагоне Саудовская Аравия впервые была названа врагом США.

Саудовские власти обвинялись в самой активной поддержке международного терроризма на всех уровнях: финансировании, подготовке кадров и идеологическом прикрытии. Эксперты Пентагона настоятельно рекомендовали администрации Буша поставить режиму короля Фахда ультиматум: прекращайте плодить новых бен Ладенов, иначе потеряете главное, что имеете,— сотрудничество с Америкой.

Раскалывающая Сирия и Иран раздора

Бывший президент США Барак Обама (слева) во время встречи с королем Сальманом. Фото: Reuters

История американо-саудовских отношений в XXI веке движется по принципу маятника. При этом каждое десятилетие имеет свой системный кризис.

При администрации Джорджа Буша-младшего две страны рассорили 11 сентября и Осама бен Ладен, а при его преемнике Бараке Обаме — разные подходы сторон к войне в Сирии и отношениям с главным геополитическим соперником саудовского королевства — Ираном.

В острую фазу новый кризис вошел осенью 2013 года, когда на авансцену вышел все тот же принц Бандар, объявивший о сворачивании Эр-Риядом сотрудничества с США в знак протеста против их политики на Ближнем Востоке.

Главное недовольство вызвал отказ президента Обамы от операции в Сирии и перезагрузка отношений с Ираном.

Об остроте конфликта свидетельствует то, что саудовцы тогда пошли на беспрецедентный демарш: отказались от впервые полученного ими места в СБ ООН.

Сенсационное заявление о том, что Саудовская Аравия радикально пересмотрит свои отношения с США, принц Бандар сделал в порту Джидды, куда он пригласил группу европейских дипломатов. Содержание высказываний главы саудовской разведки и одного из самых влиятельных политиков в королевстве изложил дипломатический источник в Эр-Рияде. «Нам предстоит решающий поворот от США. Саудовцы больше не хотят находиться в зависимом положении»,— сообщил принц Бандар, напомним, до этого проработавший 22 года послом в Вашингтоне и снискавший репутацию одного из самых дружественных Западу саудовских политиков.

Отход от США предполагал переориентацию на региональных союзников и Францию, занимавшую более жесткую позицию по сирийскому вопросу, чем Вашингтон.

Разъясняя смысл решения отказаться от места в Совбезе ООН, куда Саудовская Аравия была избрана впервые, принц Бандар тогда заявил: «Это сигнал не ООН, а США».

Подтверждением того, что высказывания принца не были импровизацией, не согласованной с высшим руководством страны, стали резкие замечания в адрес США из уст других влиятельных саудовских политиков.

«Вся эта клоунада с международным контролем над химическим арсеналом Асада была бы просто смешной, если бы не была столь откровенным предательством. Ее смысл состоит не только в том, чтобы позволить господину Обаме дать задний ход, но и в том, чтобы дать Асаду возможность убивать свой народ»,— заявил принц Турки аль-Фейсал.

Тема беспрецедентной ссоры США c ведущим союзником в Персидском заливе стала одной из главных новостей 2013 года и заметно повлияла на деятельность конференции «Друзей Сирии» — международной коалиции, созданной для поддержки сирийской оппозиции.

В этой ситуации администрация Барака Обамы попыталась уйти от обострения с Эр-Риядом. «Мы понимаем: Саудовская Аравия разочарована тем, что не была проведена военная операция в Сирии, но надеемся на продолжение сотрудничества,— заявил госсекретарь Джон Керри.— Я уверен, что США и Саудовская Аравия останутся друзьями и союзниками».

Однако казалось, что пути Вашингтона и Эр-Рияда расходятся все дальше. В Саудовской Аравии продолжало усиливаться влияние радикальных исламистов, с позицией которых не могла не считаться правящая династия. Лавирующий между Западом и исламскими фундаменталистами саудовский монарх был вынужден все больше оглядываться на последних.

Подтверждением тому стала радикальная позиция Эр-Рияда по Сирии, исходящая из необходимости свержения там светского режима Башара Асада.

Ссора с Саудовской Аравией вполне могла стать для Белого дома серьезным геополитическим поражением. Ведь Саудовская Аравия не только принимает у себя крупнейшую базу ВВС США в Заливе «Принц Султан», но и должна играть ключевую роль в обеспечении энергетической безопасности Америки, не допуская обвала мировых цен на нефть.

В Вашингтоне вновь были вынуждены задуматься над тем, что Саудовская Аравия — лидер ОПЕК, на долю которого приходится 25% мировых запасов нефти и 10% нефти, поступающей на американский рынок. 

Кроме того, большая часть саудовских активов, составляющих астрономическую сумму $690 млрд, вложена в американские ценные бумаги.

Понимая цену вопроса, республиканцы обвинили президента Обаму в сдаче интересов стратегического союзника. «Я полностью понимаю, что делает Саудовская Аравия»,— заявил один из лидеров республиканцев и соперник Барака Обамы на выборах 2008 года Джон Маккейн. По его словам, действия Эр-Рияда стали результатом «американской слабости».

В 2016 году, за несколько месяцев до своего ухода из Белого дома, Барак Обама совершил прощальный визит в Саудовскую Аравию, пытаясь снять напряженность в отношениях стратегических союзников. Встречаясь с руководством королевства, уходящий глава Белого дома хотел убедить региональных союзников, что проводившаяся на протяжении восьми лет его правления политика США на Ближнем Востоке не была провальной.

Однако несмотря на официальные заверения, что встреча короля Сальмана и президента Обамы «очистила воздух» в отношениях двух стран, разногласия между Вашингтоном и Эр-Риядом становились все более очевидными, затрагивая широкий круг вопросов — от Ирана, Сирии и Ливии до отношения к терактам 11 сентября и соблюдения прав человека.

Спаситель Трамп

В ходе первого зарубежного турне в должности президента Дональд Трамп посетил Эр-Рияд. В ходе саудовско-американского саммита стороны подписали ряд соглашений на $280 млрд. Фото: Reuters

Исправить ситуацию, казалось бы, должен был преемник Барака Обамы Дональд Трамп, сделавший саудовскому королевству воистину королевский подарок.

Пойдя на разрыв ядерного соглашения с Тегераном, которым так гордилась предыдущая администрация в Вашингтоне, Трамп сделал все, чтобы максимально ослабить позиции главного регионального конкурента саудовской монархии.

Посетив Эр-Рияд с «историческим визитом» в мае 2017 года, Дональд Трамп выразил «высокое доверие» королю Сальману и кронпринцу Мухаммеду бен Сальману, которые, по его словам, «точно знают, что делают».

В ходе первого зарубежного турне Дональда Трампа после избрания его президентом Вашингтон и Эр-Рияд подписали ряд соглашений на $280 млрд, заключив в том числе крупнейший в истории США оборонный контракт, сумма которого составила почти $110 млрд. Кроме того, были утверждены совместные инвестиционные проекты по развитию технологий, инфраструктуры и жилищного сектора, а также нефтехимической промышленности королевства. А саудовская государственная нефтяная компания Saudi Aramco подписала соглашения с американскими партнерами на общую сумму $50 млрд. Итоговым документом саудовско-американского саммита в Эр-Рияде стала декларация о долгосрочном партнерстве. «США и Саудовская Аравия посвятят все усилия для укрепления стратегического партнерства в XXI веке, наметив новый путь к мирному Ближнему Востоку, где экономическое развитие, торговля и дипломатия являются критериями регионального и глобального взаимодействия,— отмечается в тексте.— В связи с этим страны приветствуют новый период в стратегическом партнерстве, основанном на принципах доверия и общих интересах».

В декларации также обозначено намерение стран противостоять совместным вызовам, прежде всего экстремизму, «ставящему под угрозу стабильность и безопасность на Ближнем Востоке». Эр-Рияд и Вашингтон подтверждают общее стремление «приступить к реализации новой инициативы по развитию оборонного сотрудничества, противодействию экстремистской идеологии и предотвращению финансирования террористических группировок».

Принц-реформатор

Президент США Дональд Трамп (справа) и наслденый принц Мухаммед бен Сальман. Фото: Reuters

Вскоре после этого визита в саудовском королевстве начались масштабные внутренние реформы. Их инициатором стал сын короля принц Мухаммед бен Сальман, провозгласивший программу «Видение-2030». Главными направлениями новой стратегии, призванной укрепить региональное лидерство Эр-Рияда, должны были стать восстановление авторитета власти, открытие страны внешнему миру и снижение зависимости от нефти.

Перемены в Саудовской Аравии обещали радикально изменить облик мировой нефтяной сверхдержавы и ведущей монархии Персидского залива, которая не только оставалась ключевым союзником США в регионе, но и продолжала считаться одним из оплотов ваххабизма, имеющего в королевстве статус официальной религии. «Это не просто очередной этап борьбы за власть, но и четкий сигнал о том, что модернизация будет продолжаться, несмотря на попытки отдельных элементов во власти ей воспрепятствовать и сохранить существующий статус-кво»,— пояснил “Ъ” эксперт по Ближнему Востоку университета в Оксфорде Джастин Даргин. По мнению собеседника “Ъ”, «в сложившейся ситуации невозможно отделить борьбу с коррупцией от политики структурных изменений в экономике, призванной сделать из консервативного религиозного "государства-бензоколонки" современную экономику с мощной индустриальной и производственной базой».

Еще до провозглашения программы «Видение-2030» принц Мухаммед бен Сальман сделал сенсационное заявление о том, что уже в 2020 году Саудовская Аравия «сможет жить без нефти».

Стратегическая программа «Видение-2030» предусматривает масштабную приватизацию государственных компаний, таких какSaudi Aramco (рыночная стоимость в середине декабря 2019 года достигла $2 трлн), резкую активизацию инвестиционной политики, развитие туристической отрасли.

По версии саудовских реформаторов во главе с принцем Мухаммедом бен Сальманом, в долгосрочной перспективе такая политика должна снизить зависимость королевства от нефтяного экспорта.

Первым признаком структурных перемен, требующих кадровых перестановок, стала происшедшая в мае 2016 года отставка министра нефти Али ан-Наими, при участии которого на переговорах стран ОПЕК в Дохе в апреле того же года была сорвана договоренность о сокращении мировой добычи нефти. Обращает на себя внимание то, что соглашение ОПЕК+ о снижении добычи было достигнуто позднее, уже после смещения Али ан-Наими, бессменно возглавлявшего ключевое саудовское ведомство с 1995 года.

С его уходом прекратило существование и Министерство нефти, вместо которого было учреждено курирующее нефтяную отрасль Министерство энергетики, промышленности и минеральных ресурсов.

«Если говорить об исторических параллелях, то многие из реформ Мухаммеда бен Сальмана, включая экономические преобразования, ослабление религиозных предписаний и аресты коррупционеров, напоминают правление английского короля Генриха VIII, который также был реформатором и прагматиком своего времени, ломая конкурирующие институты власти и переделывая их под себя,— пояснила “Ъ” находящаяся сейчас в Дублине профессор Solonian Democracy Institute Рослин Фуллер.— Как и Генрих VIII, правивший в далеком XVI веке, кронпринц Мухаммед бен Сальман расчищает почву для новых институтов, которые займут ниши, освобождающиеся в ходе его реформ».

Что дальше

Граффити на улице Эр-Рияда, посвященное принцу Мухаммеду бен Сальману. Фото: Amr Nabil, AP

Таким образом, нынешнее нежелание саудовского наследного принца идти на уступки Дональду Трампу в вопросе регулирования мировых цен на нефть — это не просто проявление упрямства или амбиций молодого саудовского руководителя.

Это, скорее, желание избавить страну от традиционного имиджа глобальной бензоколонки США, мотивированное решимостью перевести ее в высшую геополитическую лигу.

Удовлетворит ли кронпринц обращенную к нему просьбу Дональда Трампа?

«Мне представляется, что это будет сделано. Вне зависимости от американо-саудовских разногласий, связанных в первую очередь с развитием событий в ближневосточном геополитическом пространстве, глубокие экономические и военные отношения между двумя странами были и остаются основой их взаимодействия,— пояснил “Ъ” профессор факультета мировой политики МГУ Григорий Косач.

«В Саудовской Аравии всегда подчеркивают, что становление этого взаимодействия определялось экономическими, а не политическими причинами. Иными словами, двусторонние экономические связи возникли раньше, чем установление дипломатических отношений. Да и в обращении американских сенаторов об этом говорится вовсе не между строк»,— продолжает эксперт.

Примечательно, что в Саудовской Аравии уже сегодня рассуждают о победе Трампа на будущих президентских выборах в США как о практически неоспоримом факте и о желательности этой победы для Эр-Рияда.

«Поддержка того, кого в Саудовской Аравии видят в качестве будущего главы американского государства, скорее всего, отвечает интересам фактического правителя королевства, с завидным упорством громящего своих потенциальных врагов. Мухаммед бен Сальман ни на минуту не забывает, что Иран — противник его страны, а Трамп — яростный поборник противостояния Тегерану. Помочь в ситуации конкретной политической и экономической конъюнктуры американскому республиканскому правящему классу — для саудовского руководителя будет означать помочь самому»,—резюмирует эксперт.

Сергей Строкань – "Коммерсантъ"

0 Распечатать

Наверх